The Village Беларусь совместно с MINI Belarus встретился с деятельными молодыми людьми, чтобы узнать, как все начиналось, как все развивалось и куда все пришло для них и для дела их жизни. Мы поговорили с фэшн-блогером Машей Погореловой о том, почему не все, что шьет дизайнер можно считать дизайнерской одеждой, что не так со стилем у беларусов и как на самом деле одеваются жители Милана.

«Если бы у нас было солнечно, мы бы носили гавайские рубашки и веселились»

Почему на минских улицах редко можно встретить человека в интересном наряде? Наверное, потому, что те, кто может себе позволить такие вещи, не ходят по городу, а ездят на машинах (смеется).

Возможно, свою роль здесь играет определенный консерватизм и влияние среды, в которой минчане живут и общаются. Желание выглядеть «как все» характерно многим беларусам — это маркер «свой-чужой». Например, чиновники одеваются определенным образом — в определенный костюм и носят определенную обувь. А барсетка — это вообще обязательный элемент, хотя, на мой взгляд, она выглядит достаточно странно. Как и пластиковый пакет (смеется).

То, что мы видим на улицах, для меня больше связано со стремлением «купить как у соседа» или даже «чуть лучше, чем у соседа», но не особо отличающееся. Но я бы не сказала, что влияние на наш стиль оказало «советское наследие». Если приехать в Вильнюс в это время года, можно увидеть, что литовские женщины полностью в черном, светлой будет только голова. Так что это скорее климат и отсутствие солнца. Если бы у нас было солнечно, мы бы носили гавайские рубашки и веселились. Я в это искренне верю.

«Дизайнерам лучше не заниматься прямыми продажами»

Беларусы продолжают ходить на рынки и в условный «Силуэт» вместо торговых центров, так как смена поведенческих моделей в силу нашей консервативности происходит медленней. Но я вижу, как постепенно наполняются торговые центры и сколько молодежи сидит в той же «Галерее» — я ехала в лифте два дня назад и была самой старшей.

Да, пока что они просто там тусят, но когда у ребят появятся деньги, они будут делать покупки именно в этом торговом центре, поскольку проведенное там время будет сопряжено с приятными эмоциями, вроде «тут было классно».

Есть целая концепция того же Louis Vuitton, гласящая, что любой человек, зашедший в бутик, должен быть обслужен на уровне Louis Vuitton. Персонал не может себе позволить быть неучтивым, надменным, заносчивым или проявить неуважение. Потому что если человек зашел в бутик, значит, он уже морально готов, а отсутствие денег — всего лишь вопрос времени. Через какое-то время девочка, которая когда-то купила брелочек от Louis Vuitton на накопленные карманные деньги, вернется за сумкой. Это известные для специалистов факты — лояльность должна быть сопряжена с незабываемыми ощущениями.

Да, у наших дизайнеров уже тоже есть шоурумы. Но мы пока находимся на начальном этапе — нам только предстоит выработать вышеперечисленное как аксиому. Плюс вещи зачастую продает сам дизайнер, который не может адекватно воспринимать критику, сталкиваясь с негативом быть учтивым и позитивным в ответ. Для него это слишком персонализировано.

Многим дизайнерам лучше не заниматься прямыми продажами, поскольку это может привести к нежелательному эффекту. Потом читаешь на форумах отзывы, что «эти дизайнеры заносчивые, с ними тяжело общаться». Это потому, что они занимаются не своей работой, а результат от этого страдает.

Почему они пытаются продавать свою одежду сами? Здесь желание все контролировать лично и вопрос доверия к продавцу. Ведь ты все же должен доверять тому, кто работает вместо тебя с деньгами.

«Наша публика еще не готова к тому, что сейчас популярно в Нью-Йорке»

У нас достаточно дизайнеров и достаточно понимания того, что происходит на мировых подиумах. Дизайнер берет информацию из окружающего мира, и он также в состоянии «считать» и популярные тренды.

Почему же тогда тренды к нам приходят позже? Во-первых, наша публика еще не готова к тому, что сейчас популярно и модно в Нью-Йорке. Во-вторых, беларусы могут действительно долго думать — купить или не купить ту или иную вещь. Все-таки цена дизайнерской вещи выше масс-маркета, и, чтобы решиться, человек должен четко понимать: да, она стоит своих денег, да, она мне подходит и украшает — и все равно еще подумает! А потом купит и будет размышлять, не вернуть ли вещь обратно?

У беларуских дизайнеров в основном закупаются представители креативной сферы: работники рекламных агентств, молодые стартаперы, айтишники —особенно женская их часть. Но, здесь еще многое зависит от самого дизайнера. Например, Леор Гофман ориентируется на аудиторию постарше, в частности, на женщин из бизнеса, которые предпочитают классический стиль. Эффект достигается пошивом и подгонкой по фигуре уже готового изделия, тщательным выбором материала и фурнитуры. А есть те, кто более ориентирован на креативных, и делает дизайн ярким, броским, привлекающим внимание.

У всех брендов своя целевая аудитория, и обобщить их очень сложно. По профессии покупатель может быть кем угодно: и врачом, и научным сотрудником, и банковским работником — зависит от того, какой бренд он предпочитают. Например, бизнесмены и банковские сотрудники очень любят Дмитрия Заболотного за индивидуальный пошив и подход, за фантастически большой выбор тканей, нитей, пуговиц. Костюм от Заболотного на все сто будет отражать своего хозяина.

«Девушка называет себя дизайнером, но продолжает шить обычное платье»

Многие предпринимают попытки создать собственный бренд, но не все выдерживают даже год. Люди думают, что дизайн одежды — это легко и просто. Возможно, пошить одежду и легко — если ты творческий и буквально фонтанируешь идеями. А вот выстроить работающий бизнес — большой труд. Это ничем не отличается от любого стартапа, который начинается в гараже с двумя тысячами долларов в кармане.

На самом рынке одежды нет каких-то технологических инноваций, позволяющих резко отличаться от конкурентов и предлагать потребителям уникальный продукт. Нитки и иголка придуманы давно, и сами методы производства одежды за столетия почти не изменились. Да, появление швейной машинки позволило перейти к массовому производству, но не повлияло на создание дизайнерской одежды: во многих случаях создание такой одежды все еще сопряжено с ручным производством — швами, вышивкой, декорированием и так далее. Но часто бывает, что девушка называет себя дизайнером, а продолжает шить обычное платье, только из более качественной ткани, чем в масс-маркете.

Тот же украинский рынок дизайна очень хвалят за подход к выстраиванию бизнеса. Сегодня украинская мода хорошо экспортируется. Свою роль здесь сыграли и снятие санкций, «барьеров» торговли, существовавших ранее.

Теперь украинские дизайнеры очень плотно работают с международными звездными стилистами, которые одевают селебрити «на выход». Это комплексная работа, которая выстраивалась годами, в которую вкладывались деньги. Это возникло не на пустом месте. Та же Даша Шаповалова и ее муж инвестировали очень большие деньги в Kiev Fashion Days, они объехали все мировые недели моды с дизайнерскими нарядами, привлекая внимание журналистов, байеров, трендсеттеров. Это дало именно тот результат, о котором мы говорим.

У многих беларуских дизайнеров остро стоит вопрос закупки оборудования и актуальных тканей. Это позволяет легче тиражировать изделия и реагировать на тренды. И, естественно, содержать собственное оборудование и специалистов: технологов, раскройщиков и конструкторов — достаточно дорогое удовольствие. Украинские дизайнеры нашли выход — они создали производственную базу, которой могут пользоваться все, крупный креативный кластер «Арт-завод Платформа» — нечто вроде средневековой гильдии.

«Sonia Rykiel отшивала свои пальто в Бобруйске»

Беларуский лен очень ценится в Европе и Америке: он закупается оптом, а потом расходится на разные производства. Куда именно? Это слишком длинная цепочка, чтобы ее отследить.

Sonia Rykiel отшивала свои пальто в Бобруйске (там же в 2008 году отшивали женские коллекции для Hugo Boss – прим.авт.). А Pierre Cardin в 90-х размещал немаленькие заказы на Брестском чулочном комбинате. Сейчас Studio Sutoria отшивает индивидуальные заказы для Александра Васильева и международных проектов. А вот обращение Гомельской галошной фабрики к Louboutin — это стеб и хайп.

Притом не стоит забывать, что у беларуских производителей есть заказы, о которых они не имеют права говорить, так как заключили NDA. Такие компании тихонько себе работают и не хотят отсвечивать. Так, у нас есть замечательная дизайнер Анна Сосновская, которая была зарегистрирована в Лиде, и продавала свои вещи в знаменитых европейских шоурумах. Очень сильны брестские фабрики, которые много отшивают на Польшу.

Бывает так, что в Беларусь привозят ткань и лекала, отшивают и отправляют обратно уже готовые изделия. Например, в том же Gerry Weber покупаешь юбку, а на ней написано «Made in Belarus». Но прежде готовая юбка приехала на склад в Германию и только после этого была отправлена обратно в Беларусь.
Могут ли китайцы перенести к нам свое производство? Только если хотят сэкономить на транспортных расходах. В Беларуси не такая дешевая рабочая сила, как они думают, разве что для компаний в «Великом Камне» введут какие-то налоговые послабления. В самом Китае сейчас продукция постепенно дорожает, потому что отменяют льготы для производств, действовавшие в начале процесса становления китайского экономического чуда.

«Нужно доставать себя из этих рейлов и формировать презентацию»

Среди коллекций, отшитых на государственных предприятиях, всегда можно найти что-то интересное, взять тех же «Элему» или «Калинку». Помню, мы снимали летом репортаж для БТ об отечественных производителях, и отсмотрели много всего в ЦУМе. И, в принципе, нашли то, что можно стилизовать так, чтобы выглядело не хуже дорогих массовых брендов. Но вопрос в том, что оно стоит столько же, сколько и Zara , а то и дороже в силу ткани или  особенностей формирования цены.

Одно снижение цен не поможет госпредприятиям измениться. Должен быть комплексный подход в позиционировании. Начать с того, что в любом беларуском универмаге вещи висят на рейле очень плотно, и чтобы что-то посмотреть, приходится делать вот так (с усилием разводит руками). А если ты хочешь позиционироваться как бренд, за который станут доплачивать, нужно доставать себя из этих рейлов и формировать презентацию, делать совершенно другой, запоминающийся продукт. Чтобы люди покупали не просто майку, а шли именно к тебе. Это то, чем занимается Lakbi, Nelva, Mark Formelle и другие производители.

«Как только в зале погаснет свет, они продадут половину коллекции»

Да, Belarus Fashion Week важна. Нужно показывать коллекции раз в полгода, хотя бы для понимания сезонности и работы на перспективу. Но вопрос в том, что некоторым дизайнерам это не нужно — отшивать размерный ряд либо делать конструкцию на большие размеры. Как только в зале погаснет свет, они продадут половину коллекции своим постоянным покупателям. У таких дизайнеров есть базовые модели, которые они продают в течение года, а участие в BFW, скорее, для поддержания интереса, узнаваемости и присутствия в информационном поле.

Показывать сезонные коллекции обязательно для тех, кто нацелен на сотрудничество с байерами и магазинами по всем миру. Кто настроен идти дальше, строить свой настоящий бренд.

Я бы не сказала, что BFW тусовка «для своих». Не могу вспомнить, чтобы кого-то не пустили, история была, по-моему, только с Антоном Мотолько. Не знаю, в чем суть претензий была тогда, вроде как он мешал работать на бекстейдже. А вообще, сейчас аккредитацией занимается сам дизайнер. Захочет — аккредитует журналиста на свой показ, не захочет — не аккредитует. В любом случае, есть возможность свободно пройти по билету, которые продаются онлайн.

«Беларуские фрики специфичны»

Быть фриком и вообще отличаться от общей массы очень тяжело, для этого нужна моральная готовность и психическая устойчивость. Даже когда я хожу в шляпе, это вызывает повышенный интерес со стороны случайных прохожих, хотя в этом нет ничего такого, обычный головной убор. У нас нет толерантности: «Да выгляди ты как хочешь, главное, чтоб человек был хороший».

Почему у нас нет фриков? Они есть, просто наши весьма специфичны, скажем так, характерны для Беларуси. Нет фриков, выверенных «от сих до сих», когда человек осознает, что его образ несет определенный месседж. Эпатирует с определенной целью. Зачастую у нас такого не происходит, просто надевают то, что выглядит прикольно и нравится, и все, «выглядишь не так как все», без концепций и посылов.

Минск достаточно провинциальный город, в котором тем не менее два миллиона жителей. Те, кто испытывают потенциал к борьбе, стремятся доказать, что они лучше и креативней, рано или поздно понимают, что их место не здесь, и переезжают в более лояльную среду. Здесь в силу провинциальности нет такого буйства креатива.

Единственная площадка, где можно показать себя с яркой стороны, это BFW. Некоторые, правда, просто надевают на себя все лучшее сразу, но у других концепция «фрик», чтобы их заметили.

Мы смотрим стрит-стайл фото с Миланской недели моды и думаем, что местные одеваются именно так. Но многие, кто живет в Милане, называют это «модный цирк приехал». Два раза в год у них собирается этот клуб странных людей, которые летят из Нью-Йорка в Лондон, из Лондона в Милан и из Милана в Париж. Их немного, может, тысяча или две, но вокруг столько шума, внимания СМИ, фотографов, блогеров, и прочего, что привлекает внимание, что кажется, будто их стиль — это норма для Европы. А как на самом деле одевается среднестатистический европеец? Черное, многослойное, закутанное, стиль «мы едем на работу». Для европейцев, например, наши девушки выглядят странно, «потому что нарядились уже с утра».

«У любого дизайнера есть удачные и неудачные коллекции»

В модной индустрии нет понятия «придет к финишу первым». У любого дизайнера есть удачные и неудачные коллекции. В этом сезоне он может представить что-то прямо «вау», а в следующем ничего.

Но если говорить про этот сезон, то очень ярко (в том числе потому, что они до этого три сезона ничего не показывали) выступили Historia Naturalis с их принтами и самобытной коллекцией. У Kardash всегда интересные решения, которые привлекают внимание, и при этом ее любят за качество и подход к пониманию женственности.

Мне также нравится подход к формированию коллекций и ведению бизнеса у LIMITEDMINSK и Zibra Clan, которые сняли отличный лукбук и отказались в этом сезоне от показа, потому что решили провести его в рамках Serbia Fashion Week.

Из любимых еще молодой и ранний бренд Dofamine. У Вероники Хорошун классное образование: она училась на фэшн-дизайнера в Kingston University в Лондоне и Polimoda International Institute во Флоренции. У нее есть поддержка семьи, свой подход и собственное видение женской красоты, что очень здорово.

Отличную коллекцию показала в этом сезоне Ирина Бойтик — выдержанную по цветам, действительно летнюю, с интересными дизайнерскими деталями. Именно то, что ожидаешь увидеть от достаточно сдержанного дизайна. Может, звучит немного банально, но так и есть.

Почему я выбрала MINI Countryman? Этот автомобиль, конечно, просторнее, чем MINI Cooper, где человек сидит сзади, свернувшись в клубочек. Countryman вместительнее, благодаря высоким потолкам и более длинной базе. И багажник чуть получше. Запаски нет, но ничего страшного, в новой модели Countryman она уже на месте, а я пока езжу с ремкомплектом.

Не то чтобы я давно хотела MINI. Многие машинки тоже ездят быстро и весело. Со временем мне потребовался новый, отдельный от мужа автомобиль для передвижений по городу. Однажды,  случайно проезжая мимо салона, я заехала, села в Countryman и, честно, — это была любовь. До этого я сидела только в совсем маленьких MINI и особенных восторгов не испытывала. А это все-таки был настоящий автомобиль, вместительный, с высоким клиренсом, который позволяет в наших погодных условиях чувствовать себя на дороге уверенно.

В моем Countryman могут сесть только 4 человека, потому, что сзади у меня нет дивана, вместо него раздельные полноценные кресла, а между ними дизайнерский наворот — рейл с подсветкой. Я его обожаю, а для кого-то, возможно, это минус.

Приятным бонусом стало то, что я попала в MINI-community, на форум «MINI family». И потом, когда MINI едут по дороге, они всегда пропускают друг друга, могут посигналить и помахать рукой. Такие моменты очень приятны, чувствуешь себя исключительно, особенно учитывая, как обычно люди ведут себя у нас на дорогах.

Меня стереотипы насчет женщин за рулем не касаются, я вожу MINI на механической коробке передач. Очень люблю механику, за рулем с 16 лет, за что спасибо папе, с которым мы катались по полям за Минском. А еще я фанат старых выпусков Top Gear и крутых выпусков The Grand Tour.

Материал подготовлен при поддержке

Благодарим

за помощь в организации