Герои этого текста однажды приняли решение эмигрировать, но спустя некоторое время передумали и вернулись в Минск и теперь видят достоинства и недостатки города трезвым взглядом. The Village Беларусь побеседовал с блудными беларусами о том, почему люди возвращаются и в чем Минск по их мнению лучше и хуже соседних столиц.

А помогала нам в этом компания velcom, чья линейка тарифов «Комфорт» позволяет чувствовать себя в Беларуси особенно комфортно: мобильный оператор предоставляет большой объем интернет-трафика, низкую цену мегабайта сверх нормы и голосовой безлимит в другие сети.

Текст

Юрий Дудинский

Фотографии

Павел поташников

«Через сто лет сталинки будут такой же ценностью, как и готика»

Евгений Бобрик

Беларуский архитектор. Вернулся из Москвы

Я уехал из города-героя Минска через год после окончания магистратуры: в один момент мне стало тоскливо и захотелось чего-то нового. Все же в 2003 году здесь не было столько баров или той же Зыбицкой.

Почему люди возвращаются? Потому что, пожив в Москве десять лет, понимаешь, из чего складывается жизнь. А складывается она из ряда простых вещей, которые в Минске гораздо комфортнее, лучше и удобнее. Я говорю про быт: как доехать, какой воздух, криминал, позитив-негатив на улицах, еда, метро, плотность населения, дороги, милиция и так далее. Взять те же ливнестоки. В Минске они работают, а в Москве после малейшего дождя на дороге лужи, и приходится их перепрыгивать. Поэтому мой ответ, почему я сюда вернулся, лежит в бытовой плоскости.

В Минске телу жить удобнее, чем в Москве. После российской столицы здесь как в санатории, осуществлять повседневные дела физически легче и морально приятнее. Потому что в Москве ты встречаешься с чужой энергией, часто негативной. А здесь люди как-то более прилично себя ведут. Плюс все окутано советско-европейским духом. Например, в Минске чувствуют границы человека. Достаточно посмотреть на скучковавшихся жителей Москвы, ожидающих маршрутку, и такую же очередь минчан, которая равноудаленно растянулась ровной линией.

Фасады сталинок в Москве, конечно же, богаче, как и многое другое. Но расположение зданий по отношению друг к другу, дворы, подъезды, места для детей — это все в Минске комфортней. Большинство в Москву едет из-за денег, но не из-за самого города.

В идеале, экскурсию по Минску нужно проводить с высоты птичьего полета либо через Google Maps. Центр столицы — это градостроительный проект, и его нужно воспринимать комплексно. Возьмем в качестве примера площадь Победы. Восемь домов, из них два полукруглых и шесть по бокам с башнями, посередине обелиск с Вечным огнем. Внизу по кругу идет метро, улицы расходятся перпендикулярно. Все сделано по единому проекту, вплоть до барельефов. Весь этот градостроительный комплекс и есть памятник, а не только Вечный огонь.

И если посмотреть на Минск с этой точки зрения, то понимаешь, насколько же здесь все круто и продумано. Тот же водно-зеленый диаметр — ни в одной столице Европы нет ничего подобного. Минск — прекрасный образец градостроительного советского урбанистического проекта. И это надо любить, ценить и понимать.

Советское уже здесь, оно никуда не денется, и его можно ненавидеть, а можно любить. Что еще важно понимать: советский архитектурный стиль уже закончился, как и Советский Союз. И здания в таком стиле с течением времени будут только дорожать. Через сто лет это будет такая же ценность, как и готика. А у нас — прекрасно сохранившийся целый ансамбль от площади Независимости до Академии наук и далее, с примыкающими кварталами. Чем хуже того же Питера? Уже давно неактуально ругать советское. Пора начинать ценить то, чего никогда больше не будет (я сейчас только про архитектуру говорю).


Иностранные гости восхищаются, а он говорит: «Не-не-не, смотри сюда, здесь обои отклеились, а тут я ковер подниму, видишь, дыра?»

В Минске зарегистрировано два миллиона человек, но по факту, думаю, количество перешагнуло три-четыре миллиона. Минск уже не для минчан, он для беларусов. И у каждого второго столичного жителя есть машина. Но вместе с тем наши пробки — это даже не пробки, а так, ерунда, заторчики. А ведь даже в Вильнюсе пробки бывают!

Город проектировали в 50-е с учетом прироста населения и, соответственно, парковочных мест. Если кто и готов к притоку населения, так это беларуская столица, а не Киев или Москва с их историческими центрами. Минск — город будущего. Он весь состоит из продуманных и удобных градостроительных проектов. Например, Интернациональная и Карла Маркса изначально задумывались в качестве дублирующих проспект улиц-парковок.

В минском центре живет столько же людей, как и в Каменной Горке, здесь нет перенаселенности. Даже в центре ты всегда сможешь припарковаться под подъездом и спокойно пройти. Покажите мне хоть еще одну европейскую столицу, где будет легче это сделать.

Мне хотелось бы, чтобы беларусы поняли: у нас совсем не плохо. Одно из первых наблюдений, которое всем бросается в глаза, — беларусы постоянно ноют. Нормальный человек, если к нему в квартиру пришли в гости незнакомые люди, старается показать лучшие места и провести мимо незастеленной постели, условно говоря. А как поступает беларус? Иностранные гости восхищаются, а он говорит: «Не-не-не, смотри сюда, здесь обои отклеились, а тут я ковер подниму, видишь, дыра?». Хватит жаловаться, все хорошо у нас!

Беларусы должны лучше относиться друг к другу и осознать, что не все так плохо. Еще хотелось бы какой-то семейности, понимания, что «мы беларусы». Тот же поляк прежде всего сделает хорошо другому поляку, а не русскому или беларусу. А у нас такого нет. Но вместе с тем в той же Москве беларусы объединяются в «суполки». Хотелось бы и здесь такого же отношения местных друг к другу.

Минск — столица колхозов, все в порядке, должна же и у колхозов быть своя столица

А что касается провинциальности, то есть такой закон: «Не можешь спрятать — подчеркни». Если в нас и присутствует некая провинциальность, то ничего страшного здесь нет. Куча стран делают на этом акцент и хорошо живут. Если у нас «гэкают» или разговаривают на «трасянке», если здесь была мужицкая селянская страна — ну и что с того? Колхозы — значит колхозы, Минск — столица колхозов, все в порядке, должна же и у колхозов быть своя столица. Селянство плохое, только когда проявляется в дизайне, архитектуре или интерьере, хотя и тут можно было бы подчеркнуть, но это высший пилотаж, к этому мы вряд ли придем, хотя могли бы. Нормальная страна старается создать свой стиль во всем.

После переезда сюда мне пришлось сменить тембр голоса на более мягкий. Беларусы общаются по-другому, они гораздо мягче и ранимее. А в Москве нет времени на обиды. Там все бегут, потому что за полчаса дороги нужно преодолеть множество препятствий вроде кривых улиц, пробок, подземных переходов и толп народа. А здесь можно спокойно выйти утром, прогуляться через парк, размяться на турниках и успеть вовремя.

Московские пробки влияют даже на принятие решений. В Москве люди быстренько собрались, договорились — и все, поехали. А у нас начинается тягомотина: «А мы подумаем, а то, а се, а вы приедьте». У всех куча времени, все готовы общаться бесконечно, лишь бы сэкономить пару баксов. А в Москве принцип такой: черт с ней, с экономией, время дороже. Вот в этом разница.

Чего мне не хватает в Минске? Наверное, хорошей, классной общественной бани, вроде Краснопресненской. Чтобы с крутой парилкой, бочкой с ледяной водой и бассейном. А так в целом здесь абсолютно комфортно жить.

«Полюбить Минск — это как принять себя»

Екатерина Барушка

Журналистка. Вернулась из Варшавы

Почему я вернулась? Да просто потому, что люблю город Минск. Наверное, когда много путешествуешь — а мне повезло много путешествовать — понимаешь, что у нас хорошо. Да и просто приятно жить там, где ты родился и где живет твоя семья.

Если бы мои заработки зависели только от Беларуси — я бы, наверное, не вернулась. Честно говоря, когда я вижу, в каких условиях работают люди в нашей стране, мне хочется их обнять и плакать. Беларусы батрачат с утра до вечера. У нас вообще странная этика работы. Нет, у тех, кто трудится на себя, все четко. Но много тех, кто работает в государственных организациях. Эти люди просто отсиживают часы и при этом ощущают себя никчемными, потому что не делают ничего интересного и полезного, того, чего бы хотелось сделать. И потому, когда им звонишь в воскресенье вечером, они готовы поработать.

Вообще, у меня с Минском любовь. Как с мужчиной: он может тормозить, по-дурацки шутить, разбрасывать носки, но ты все равно его любишь.

Что для меня составляет впечатление от города? Присутствие людей в нем, когда понятно, насколько мы, горожане, этим городом владеем. Например, в Варшаве за последние годы в парках появились не просто лавочки, а шезлонги. У меня под варшавским домом Сквер политических жертв сталинизма, и даже там есть шезлонги, которые расположены не по отдельности, а вместе, чтобы люди могли прийти компанией. То есть, мы живем в городе, и мы им владеем.

В Минске есть очень хорошая тенденция, которая меня вдохновляет, — здесь много чего можно сделать. Да, пускай это ужасно сложно, но Минск меняется. И классно, что в Беларуси различные инновации (если они не противоречат политической парадигме) очень быстро осуществляются.

Повсюду люди стремятся к лучшему, и в Беларуси тоже. Но пока я не могу сказать, что минчане владеют городом. Они владеют им по кусочкам: здесь, вон там и во-о-он за тем забором. А в Варшаве (но это опять же тенденция последних лет) ты чувствуешь, что являешься хозяином или хозяйкой.


Беларусы любят поныть и этим не отличаются от остального мира. Мы выделяемся скорее тем, что не любим эту черту в себе и считаем ее плохой. А ведь это нормально!

Однако в Минске действительно прекрасно. Например, каждый день, когда мы идем с дочкой в школу, то проходим скверик, где кто-то делает абсолютно постмодернистские скульптуры из пластиковых бутылок: какого-то аиста, медведя с трубкой. Люди здесь относятся к подобному неоднозначно, но в каком-нибудь Лондоне это был бы сумасшедший арт, абсолютный стрит, просто фэшн! Или у меня во дворе сделали из пенопласта и старого зонтика домик для котиков. Такие штучки у нас редко случаются, и потому радуют.

У меня такой подход: необязательно быть круче других, чтобы стать крутым городом. Полюбить Минск — это как принять себя. Пусть он дурацкий, аляповатый, но меня умиляют все эти «типа колоннады» и «типа дворцы».

Я живу рядом со Свислочью и радуюсь тому, насколько это «незаюзанное» место. Как было бы здорово, если бы больше минчан получало наслаждение от контакта с природой! Когда в Варшаве облагородили Вислу, там понаставили хипсто-кофеен, площадок для детей, оборудования для воркаута, и в итоге летом весь город едет на Вислу. Летом мы с дочкой единственные, кто ходит на пикник на Свислочь в районе Первомайской. Но об этом месте должно узнать больше людей. Оно настолько бомбическое, что в Варшаве там уже были бы фуд-корты и уличные музыканты.

Не скажу, что беларусы зажатые, хотя… Как тут быть расслабленными? Моя дочь за год обучения в школе привыкла, что нужно стоять по стойке смирно. А для человека это нехарактерно. И как только беларусы попадают в благоприятную им атмосферу, то полностью меняются. Кстати, это действительно наша черта — способность к адаптации. Не знаю, хорошо это или плохо. Раньше я восхищалась польской принципиальностью, а теперь, после репортажей из военных зон, начинаю ценить способность договариваться.


Иногда стоишь в очереди, а тебе что-то бубнят в спину. Оборачиваешься, спрашиваешь: «Вы что-то хотели?». А в ответ только «бр-бр-бр»

Нет, любовь к нытью не относится к исключительно беларуским чертам. Даже в Португалии — в Португалии! — где зимой на деревьях растут апельсины и цветут цветы, меланхоличность считается национальной чертой. И знаешь, чем португальцы это объясняют? Плохой погодой! Мол, девять месяцев зима, и три — пекла. Но при этом они не переживают по этому поводу.

Беларусы любят поныть и этим не отличаются от остального мира. Мы выделяемся скорее тем, что не любим эту черту в себе и считаем ее плохой. А ведь это нормально! Как говорил Кафка: «Эй, те, которые хвастаются тем, что у них нету депрессии. Я не понимаю, чем вы вообще занимаетесь в жизни? Хохочете, что ли, целыми днями?». Поэтому нельзя сказать, что мы какие-то отличающиеся либо плохие.

Забыла еще сказать: у нас очень часто люди реагируют в стиле «не нужно ныть, а нужно быть позитивным». Нет, не нужно быть дураком. Нормально замечать недостатки, но ненормально их стесняться. Проблемы не нужно игнорировать или закрывать на них глаза. По мне, весь этот надуманный позитив — ложь и самообман.

Мне приятно находиться в странах, где люди много улыбаются. Но у нас просто-напросто не принято улыбаться. Мне проще говорить с человеком с кислым лицом, чем с тем, кто будет вынужден растягивать губы. У нас проблема, скорее, не с недостатком улыбок, а с базовой вежливостью. Потому что часто ты говоришь «добрый день» или «спасибо», а в ответ гробовая тишина. Беларусы имеют все для того, чтобы договориться, но порой не могут открыть рот и выдавить из себя какие-то звуки.Иногда стоишь в очереди, а тебе что-то бубнят в спину. Оборачиваешься, спрашиваешь: «Вы что-то хотели?». А в ответ только «бр-бр-бр». Может, когда-нибудь беларусы этому научатся. А если нет, то ничего страшного в этом не вижу.

В Беларуси, в принципе, не так все и плохо в плане безопасности. Но из-за постоянного сдерживания в нас мало жизни. Люди так себя ограничивают, что привыкли не жить: «Абы что-нибудь не сказать, а вдруг кто донесет, а ничего нам не надо». Но опять вспомним Португалию: у них все национальные напевы про несчастья, и они этим гордятся.

Мое любимое место — весь город. Но особенно я люблю минские «советские» кинотеатры. Стилизации я лично не люблю, мне «Победа» нравилось такой, какой была раньше. Таких кинотеатров на Западе больше нет. В той же Варшаве их было три, и один уже закрыли, сделали супермаркет. А ведь это действительно уникальное явление: и стиль этот, и прекрасная цена, и эти тетечки, которые на тебя ругаются, а на самом деле о тебе заботятся... Я обожаю минские кинотеатры и хожу в кино каждую неделю.

Люблю еще место, где Свислочь изгибается у завода имени Кирова. Там такие улочки, там такой дом, что хочется зайти и спросить, что за люди в нем живут. Боюсь, как бы эти улицы не модернизировали. Да, приходится признавать, что у нас имеет место снос старых кварталов. Но он происходит по всему миру, просто на Западе ты имеешь больше влияния на данный процесс, так как приобретение территорий происходит не за закрытыми дверями.

«У нас проблема не с недостатком улыбок, а с базовой вежливостью»

Ольга Ланевская

Тренер по женской самообороне Wen-Do. Вернулась из Кракова

Я приехала сюда, потому что в Беларуси не было ни одного тренера по Wen-Do. Еще когда я отправлялась на тренерский курс (который длился более года), то уже знала, что по его окончании вернусь в Беларусь, чтобы проводить тренинги. И думаю, если бы я знала, как будет сейчас, то бы приехала еще быстрее.

Почему Минск? Потому что это большой город, а я решила, что хочу жить в городе побольше.

Каждый человек выбирает свой путь, и это здорово, когда есть возможность выбора — жить везде, если тебе этого хочется. Не знаю, проведу ли я свою жизнь в Беларуси, но считаю, что решение о переезде было одним из самых правильных моих решений.

Я думаю, что Минск с каждым годом становится все лучше, и в скором времени он не будет отличаться от других европейских столиц. Если честно, когда ехала сюда, думала, что все будет сложнее, потому что помнила Минск тринадцатилетней давности. Тогда это был совсем другой город: угрюмый, в котором ничего не происходило. А если и происходило, то я про это не слышала. Сейчас в Минске бывают вечера, когда даже не знаешь, что выбрать из множества мероприятий.

Если сравнивать Минск и Краков, то в Минске лучше экология. В Кракове очень плохой воздух — там высокий уровень смога, и очень тяжело зимой. Нет системы выветривания, которая бы позволяла дышать свободно и не загрязнять свои легкие. Когда в Кракове зимой я возвращалась домой, моя одежда пахла костром. И это странно, учитывая, что ты живешь в городе, где почти миллион человек, и никто не жжет костры на улицах. В Минске такого нет, хотя многие тоже говорят, что воздуху «нечистый». Но, живя в центре, я этого не чувствую.

В Минске я больше всего люблю парк возле площади Победы, где стоит памятник Марату Казею. Это одно из самых красивых мест, на мой взгляд. Такое дикое место, где дорожки не почищены, асфальт разбит, но для меня это, скорее, плюс. Ведь ты можешь пройтись вдоль высоких деревьев и почувствовать, что действительно находишься на природе.

Если говорить о людях, то беларусы искренние, интеллигентные. Со многими есть о чем поговорить. Даже если у нас с собеседником разные точки зрения, то это не голословные высказывания, они базируются на неких знаниях.

Мне импонирует, что в последнее время беларусы стали более активными. Обычные люди, живущие в обычном месте, могут принимать решения. Еще десять лет назад не существовало инициатив по защите парков либо маленьких районов. Думаю, минчане потихонечку отвоевывают себе свой город, что можно судить по недавним событиям. Это говорит о том, что люди хотят сами для себя создавать условия, а не принимать навязанные им решения. Такая точечная борьба будет расти буквально с каждым днем.

Хоть мне и не хватает в Минске некоторых моментов, к которым я привыкла в Польше, например, еды, но я считаю его комфортным городом. Потому что здесь мне не надо часто перемещаться, я живу и работаю неподалеку и почти не пользуюсь городским транспортом, гуляю по парку с собакой. Все, что мне надо, находится рядом.

Я думаю, что в Минске можно жить так же, как в любом другом городе. Когда тебя окружают важные для тебя люди, с которыми комфортно, и у тебя есть работа, которую ты любишь, то, мне кажется, это точно тот город, в котором стоит жить.

материал подготовлен при поддержке

ООО «Вундербай» УНП 192153894