Сегодня в соцсетях появилась информация, что американский бренд New Balance запретил торговать своими кроссовками всем беларуским магазинам, за исключением двух — официальных точек в ТЦ «Замок» и Galleria Minsk. 

Оказалось, что про  это написал большой текст Onliner, после чего новость подхватили блогеры.  Взяли комментарий у патентного поверенного по поводу ситуации с товарным знаком.

Письмо от юриста с сообщением, что они незаконно используют товарный знак, получили минимум два столичных магазина: Bunt и точка в ТЦ «Немига, 3». В Bunt нам сказали, что будут распродавать со скидками остатки New Balance, после чего, скорее всего, не станут торговать этой маркой. В магазине на Немиге сообщили, что собираются закрываться («Доработаем до конца января»).

Зато в официальных точках в ТЦ «Замок» и Galleria Minsk обувь будет продаваться и дальше.

The Village Беларусь обратился за комментарием к патентному поверенному, управляющему партнеру ООО «БелБренд Консалт» Валентину Рачковскому.

Справка

На территории Беларуси 29 января 1997 года были зарегистрированы три товарных знака New Balance: словесный товарный знак, логотип компании и стилизованное изображение силуэта кроссовка с буквой N на боку.

— Любое лицо может торговать товаром, ввезенным с согласия правообладателя на территорию Республики Беларусь. В случае с New Balance ситуация сегодня такова, что это товар, реализуемый через московский офис. Но могли быть любые другие каналы, если их согласует правообладатель, — рассказал Валентин Рачковский. — Я не могу комментировать вопросы, что и как согласовал правообладатель. Я представитель по Республике Беларусь, юрист, который решает конкретные поставленные задачи. На беларуском рынке выявлены нелегальные поставки и присутствует нелегальная продукция. В отношении продавцов и импортеров такой продукции, соответственно, принимаются меры по защите прав на товарные знаки.

— Как минским магазинам получить разрешение правообладателя?

— В любом бизнесе есть определенный порядок коммуникации. Если говорить о продаже одежды, обуви, то существует уже выстроенная сеть дистрибуции. Каждый дистрибьютор — это возможный канал коммуникации с правообладателем. Обычно те, кто ведут переговоры, говорят с теми, у кого собираются покупать. Совершенно необязательно каждому продавцу делать закупки напрямую у производителя. Иногда это просто невыгодно мелким продавцам, которые не могут выстроить логистику напрямую с заводом. Поэтому такой задачи никто никогда не ставил.

New Balance — это давно существующий, выстроенный бизнес, и я далек от мысли, что СЕО где-то в головном офисе принимает каждую торговую точку в каждой стране. Естественно, это не так. А тем бизнесменам, которые не знают, как коммуницировать с крупными бизнесами, видимо, не стоит идти в бизнес. Этому учат в специальных учреждениях образования. Некоторые приобретают этот полезный опыт личными усилиями.

— Почему именно сейчас началась защита бренда? Из-за его возросшей популярности?

— Это не совсем верный вопрос. Почему правообладатель начал принимать те или иные меры — кому правообладатель это должен объяснить? Защита товарного знака с 1997 года в Республике Беларусь была обеспечена регистрацией. Дополнительно к этой регистрации добавляются нормы, которые защищают этот товарный знак в силу его существования. Правообладатель не должен — и не обязан — объяснять, что участники рынка могут или не могут делать. В законодательстве описываются действия, которые признаются нарушением прав правообладателя, и на любом цивилизованном рынке цивилизованные участники рынка, зная законодательство и видя регистрацию товарного знака, не будут совершать действия, нарушающие права на товарный знак.

Бывают и исключения. Бывают и осознанные нарушители. Соответственно, когда возникают эти нарушители, правообладатель оценивает ситуацию и в любой момент может выбрать те меры, которые пожелает, против данных нарушителей. В Республике Беларусь это меры административной, уголовной и гражданско-правовой ответственности, и опять же, выбор данных мер — в поле ведения правообладателя.

В том числе правообладатель может принять таможенные меры, ограничивающие ввоз продукции на рынок. Если, допустим, рынок настолько насыщен нарушающей продукцией, что уже сложно урегулировать это посредством просто административных, уголовных, гражданско-правовых мер, то рынок просто закрывается через применение таможенных мер защиты. Правообладатель вправе рассчитывать на то, что субъекты будут уважать его права без применения защитных мер.

Защитные меры — это факультативная процедура, направленная на то, чтобы привести в правовое русло тех, кто по какой-то причине принял решение нарушать законодательство.

— А что делать с кроссовками, которые продаются на тех же Ждановичах?

— Поскольку эти рынки существуют и торгуют продукцией неустановленного происхождения, это проблема не только правообладателей: они не могут закрывать все функции государства. Нарушение прав на торговые знаки — не единственная проблема рынков, торгующих откровенными подделками. У них может быть совокупность проблем, начиная от серых каналов поставок, сопряженных с нарушением налогового, таможенного законодательства, до нарушения требований гигиенической сертификации. Решение этих вопросов требует четкой кооперации с правоохранительными органами.

Как я уже пояснял, рынки — это отдельная проблема. Но она не пересекается с проблемой выстраивания официальной дистрибуции и борьбы с теми с теми, кто мимикрирует под официальную дистрибуцию.

Эти субъекты ориентированы на снятие сливок для бизнеса и не стремятся нести никаких расходов, они пользуются этим диспаритетом в положении, чтобы в каком-то отношении спекулировать на вопросе цены и других моментах. Некоторые пытаются выставить себя в положительном ключе как радеющих за потребителя. На самом деле это обычные бизнесмены, которые стремятся заработать, причем с нарушением законодательства. Многие это делают осознанно.