Views Comments Comments Previous Next Clock Clock Location Location updated star

Навіны

19:23

Нейросеть нарисовала портрет протестующих беларусов: Вот как он выглядит

17:38

Трех байкеров, которые спасли друга из буса силовиков, отправят в колонию

15:44

Наблюдателю на выборах дали 2 года «химии» за то, что он назвал членов избиркома фальсификаторами

13:26

«Может отождествляться с протестами»: Власти объяснили, можно ли использовать БЧБ-цвета цвета в быту

11:07

В Минске меняют маршруты автобусов и троллейбусов

10:08

Из-за лозунга «Жыве Беларусь!», который крикнули в суде, заведено уголовное дело

09:27

За неоднократное участие в массовых мероприятиях хотят ввести уголовную ответственность

16:59

На месте снесенного хлебозавода в центре Минска открыли квартал «под старину»: Вот как он выглядит

12:23

«С технической точки зрения невозможно»: ГАИ рассказало о «письмах счастья» за езду без техосмотра

11:57

Беларусы требовали отменить женский забег на 8 марта из-за насилия: Что ответили организаторы

10:20

Суд признал виновным убитого силовиками беларуса, а его другу дали 10 лет

09:29

Теперь точно коснется всех: Глава СК рассказал, сколько дел за экстремизм завели против протестующих

20:52

В сети появилась информация, что Виктора Бабарико выпустили под домашний арест: Что говорит адвокат

17:28

Глава Следственного комитета написал диссертацию, в которой объясняет необходимость существования СК

15:40

«Избивали людей даже на кухне»: Беспредел силовиков в магазине показали на видео

11:45

Беларуси на Олимпиаде могут запретить выступать под красно-зеленым флагом

«Лукашенко самый опасный ковид-диссидент»: Как Беларусь прожила (первый) год с коронавирусом

«Лукашенко самый опасный ковид-диссидент»: Как Беларусь прожила (первый) год с коронавирусом

Выжили

«До силовиков не сразу дошло, что без паспорта я не уеду»: Эксклюзивное интервью Марии Колесниковой

«До силовиков не сразу дошло, что без паспорта я не уеду»: Эксклюзивное интервью Марии Колесниковой

Маша ответила на вопросы The Village из СИЗО

«Мне плевать, какой дадут срок»: Что сказали в своем последнем слове на суде политзаключенные

«Мне плевать, какой дадут срок»: Что сказали в своем последнем слове на суде политзаключенные

Когда победим, скажем все остальное

«Мы вас сейчас будем расстреливать»: Беларусы рассказали, как силовики имитировали смертную казнь

«Мы вас сейчас будем расстреливать»: Беларусы рассказали, как силовики имитировали смертную казнь

Тупые шуточки силовиков

«Не сидел — не мужик»: Беларусы теперь против 23 февраля из-за беспредела силовиков

«Не сидел — не мужик»: Беларусы теперь против 23 февраля из-за беспредела силовиков

«Я не поздравляю тех, кто наложил в штаны»

«Некоторым нет ещё 23-х»: Кто эти прокуроры, которые требуют для политических большие сроки

«Некоторым нет ещё 23-х»: Кто эти прокуроры, которые требуют для политических большие сроки

«Понимают ли вообще они, как их подставили?»

«Вас проще убить, чем лечить»: 143 беларуски рассказали о пытках и сексуальном насилии силовиками

«Вас проще убить, чем лечить»: 143 беларуски рассказали о пытках и сексуальном насилии силовиками

Беларусы не забудут и не замолчат

«Мужик в майке и шортах несет угрозу ОМОНу»: Как беларусы реагируют на суды и заявления силовиков

«Мужик в майке и шортах несет угрозу ОМОНу»: Как беларусы реагируют на суды и заявления силовиков

Бьют по днищу снизу

«Режим добивается, чтобы о его силе писали все»: Что происходит с протестом и выйдут ли люди вновь

«Режим добивается, чтобы о его силе писали все»: Что происходит с протестом и выйдут ли люди вновь

Протест живее всех живых

«Силовики сбили парня. Ему дали 3 года»: Как власти безнаказанно делают то, за что судят беларусов

«Силовики сбили парня. Ему дали 3 года»: Как власти безнаказанно делают то, за что судят беларусов

«Вы не понимаете, это другое!»

«Лицо у него окаменело»: Врач рассказала, как отказалась лечить ОМОНовца

«Лицо у него окаменело»: Врач рассказала, как отказалась лечить ОМОНовца

Убеждения

«Я сделала Ване предложение на суде»: Красивая история любви политзаключенного и его девушки

«Я сделала Ване предложение на суде»: Красивая история любви политзаключенного и его девушки

«Если согласен, кивни в ответ»

«Сидят в одной тюрьме и не могут переписываться»: Беларусы, арестованные за политику целыми семьями

«Сидят в одной тюрьме и не могут переписываться»: Беларусы, арестованные за политику целыми семьями

«Маму и папу забрали войска таракана»

«Лучшая поправка — сашина отставка»: Крутые слоганы, которые придумали беларусы для своего протеста

«Лучшая поправка — сашина отставка»: Крутые слоганы, которые придумали беларусы для своего протеста

Проститутки здесь?

«Несет абсурдом»: Что случилось в реальной Беларуси пока ябатьки фантазировали на ВНС

«Несет абсурдом»: Что случилось в реальной Беларуси пока ябатьки фантазировали на ВНС

Где живет 97% беларусов

«Я хотел выдавить ей пальчиками глаза»: Беларус рассказал про насилие в музыкальной школе

«Я хотел выдавить ей пальчиками глаза»: Беларус рассказал про насилие в музыкальной школе

Всем плевать, в чём твой талант и твои преимущества

«Уверенности у Лукашенко нет»: Эксперты высказались про заявления чиновников на первом дне ВНС

«Уверенности у Лукашенко нет»: Эксперты высказались про заявления чиновников на первом дне ВНС

«Давайте еще год подумаем над тем, как мы будем думать об этом потом»

«Да они, сволочи, спать туда поехали»: Как соцсети смеются над первым днём ВНС

«Да они, сволочи, спать туда поехали»: Как соцсети смеются над первым днём ВНС

Тяжкий случай

11 легендарных фото беларуского протеста, которые разошлись по всему миру

11 легендарных фото беларуского протеста, которые разошлись по всему миру

Полгода невероятности

«Под БЧБ-флагом никого не убивали»: Историк о том, почему у власти нет права запрещать БЧБ-флаг

«Под БЧБ-флагом никого не убивали»: Историк о том, почему у власти нет права запрещать БЧБ-флаг

Интервью с уважаемым историком

«Просили не лайкать политические посты»: Девушка ушла из МВД и столкнулась с насилием

«Просили не лайкать политические посты»: Девушка ушла из МВД и столкнулась с насилием

«Папа сталкивался с реальными преступниками, а сейчас мы сами ими стали»

«Часть минских рестораторов презирали друг друга»: Первое интервью Луневича после отъезда из Минска

«Часть минских рестораторов презирали друг друга»: Первое интервью Луневича после отъезда из Минска

«Ощутил себя очень лишним для этого государства»

«Я понимал, что в итоге убьют напарника»: Работник скорой рассказал про пытки за помощь протестующим

«Я понимал, что в итоге убьют напарника»: Работник скорой рассказал про пытки за помощь протестующим

«Глухонемого били за то, что не отвечал»

«Отношение, как к опасным преступникам»: Интервью с сестрой Марии Колесниковой о 5 месяцах в СИЗО

«Отношение, как к опасным преступникам»: Интервью с сестрой Марии Колесниковой о 5 месяцах в СИЗО

«Наглухо закрытая комната со сплошной перегородкой»

«Беларусь? Слышал, вы о*уенные!»: Как беларусы заставили весь мир говорить о них, а не о Лукашенко

«Беларусь? Слышал, вы о*уенные!»: Как беларусы заставили весь мир говорить о них, а не о Лукашенко

«Они — надежда и гордость свободного мира!»

«Пограничники задержали, но накормили и напоили»: Как беларусы бегут от репрессий через леса

«Пограничники задержали, но накормили и напоили»: Как беларусы бегут от репрессий через леса

Страшно

«У него были белые глаза навыкате»: Парень в изоляторах разговорил силовиков — и вот что понял

«У него были белые глаза навыкате»: Парень в изоляторах разговорил силовиков — и вот что понял

Задорнов мог бы подтвердить

«Пока не запретили снег»: Посмотрите на крутые БЧБ-фото, которые беларусы массово постят в соцсетях

«Пока не запретили снег»: Посмотрите на крутые БЧБ-фото, которые беларусы массово постят в соцсетях

Вопреки угрозам властей

«Дяди в погонах пытаются нас убедить»: Как власти игнорируют реальный экстремизм, цепляясь к БЧБ

«Дяди в погонах пытаются нас убедить»: Как власти игнорируют реальный экстремизм, цепляясь к БЧБ

В чужом глазу БЧБ-соломинку увидят

«Ерунда по сравнению с тем, что переживают журналисты в изоляторах»: Как работают СМИ после обысков

«Ерунда по сравнению с тем, что переживают журналисты в изоляторах»: Как работают СМИ после обысков

Обновляли ленту, пока в офисе орудовали силовики