В Минске, как и в любом городе, есть свой сленг: неофициальные названия улиц и районов, отдельных домов и тусовочных мест. Эта народная топонимика живет и развивается вместе с городом: какие-то понятия продолжают жить даже после того, как сам объект давно уже исчез, а другие умирают вместе с ними. The Village Беларусь составил словарик актуального минского сленга.

Микрорайоны

Многие минские микрорайоны получили свои жаргонные названия. Чаще всего — это разные виды сокращения и переиначивания официальных названий. Курасовщина — это «Курасы», Сухарево — «Сухари», Малиновка — «Малина», Ангарская — «Ангара», район подшипникового завода — «Шарики» (потому что завод шарикоподшипниковый), район автозавода — «Автаз» (это искажение — не минское изобретение: есть свои Автазы в Москве и Нижнем Новгороде).

Каменную Горку часто сокращают до «Камгорки» или «Кагорки», а на Интернет-форумах и вовсе до «КГ»; есть и ироничная форма «Каменная Норка», а есть и совсем непечатная. Двум микрорайонам на юго-востоке города народная молва подарила романтические названия: Серебрянка стала «Серебронксом», а Шабаны превратились в «Рио-Шабанейро».

Улицы

Некоторые улицы удостоились сленгового названия — в первую очередь, из-за длины официального имени. Поэтому названия улиц сокращались — где существенно, а где лишь на какую одну букву. Впрочем, порой и этого было достаточно, чтобы произношение ускорилось.

Улица Розы Люксембург и окрестные улицы и переулки все вместе получили наименование «Розочка». Улицу Карла Маркса переделали в «Карла-Марла»: всего лишь на одну букву короче, зато звучит веселее. Про молодую улицу Ежи Гедройца жители самой улицы в Брилевичах шутят: мол, какие-то ежики у этого Гедройца, — и говорят «на Ежах». Район улицы Пулихова еще с советских времен зовут районом пыжиковых шапок (варианты — ондатровых, бобровых, каракулевых), или просто «пыжики»: представители партийной номенклатуры, многие из которых жили здесь, носили солидные меховые шапки-ушанки из меха этих животных.

Пожалуй, самое известное сегодня улица, имя которой на сленге сократили, — это улица Зыбицкая, про которую говорят кратко: «Зыба». Часть тусующейся на этой барной улице молодежи использует сокращенное название, потому что не знает, где ставить ударение в оригинальном.

Вообще сократить можно название почти любое длинное название улицы: Корженевского — Коржи, Рокоссовского — Рокоссы, Калиновского — Калина и так далее, но такие названия в обиходе не встречаются.

Жилые дома

Отдельных прозвищ удостоились некоторые жилые дома. В последние годы стало модным давать новым домам официальные имена — что индивидуальным проектам, что унылым панелькам. Так появились разные «Вивальди», «Чайковские» и «Престижино». Но то имена официальные, а мы ищем народные.

Генеральский дом

Старшее поколение еще использует это понятие, говоря о фактически двух домах — № 91 и № 93 по проспекту Независимости, напротив парка Челюскинцев. Но они построены как единое целое, и потому название у них одно на двоих. Пожалуй, это самый старый в Минске жилой дом, у которого есть собственное имя: его начали строить еще до войны.

Дом-подкова

Этот дом на пересечении улиц Свердлова и Кирова получил имя за свою изогнутую форму. До 2006 года в нем работал продуктовый магазин «Серебряная подкова», а в мае 2017–го в боковом крыле открылся гастробар «Подкова».

Панорама

В длинном жилом доме архитектора Олега Ладкина на берегу Свислочи (Сторожевская, 8) тоже был продуктовый магазин — назывался он «Панорама», и этим же словом называли и весь дом. Долгие годы там был торговый центр «Свислочь», а недавно прописалась «Корона» — но ни Свислочью, ни короной этот дом по понятным причинам не называют.

Дом Чижа

Соседний дом все того же архитектора тоже получил свое имя. Официально он называется «У Троицкого», но все предпочитают использовать более емкое название по фамилии владельца компании-застройщика «Трайпл» Юрия Чижа.

Дом-доллар

В 1976 году на улице Кульман сдали изогнутый девятиэтажный кирпичный дом № 15 бирюзового цвета. Квартиры отличались интересной планировкой: в некоторых было по два санузла. Долгие годы дом никакого имени не имел, но с переходом к рыночной экономике и распадом СССР, когда улицы заполонили ушлые дельцы с тихой мантрой «доллары, марочки, российские рубли», у здания появилось название в честь американской валюты. Во-первых, изогнут характерно для символа доллара, во-вторых, и окраска похожая. А соседний дом №13, который построили на несколько лет позже, стали называть «малый доллар» или изредка «цент»: он тоже изогнут, но не такой длинный — всего 112 квартир против 260.

Китайская стена

Кстати, о длине. Вдоль улицы Максима Танка есть длинный вытянутый дом, который прописан сразу по десяти адресам. За длину его часто называют китайской стеной. Другие возражают: нет, дом по Танка — красный, поэтому его надо называть «красный дом» или «брестская крепость», а «китайская стена» — это длинный дом по Маяковского, с адресными номерами от 14 до 26. Также на звание «китайской стены» претендуют еще с пяток очень длинных домов: Одинцова, 36/1 (25 подъездов, 822 квартиры), 2–й переулок Багратиона, 19 (24 подъезда, 837 квартир), Рафиева, 78 (23 подъезда, 838 квартир), Притыцкого, 78 (24 подъезда, 845 квартир), Есенина, 6/1 (26 подъездов, 889 квартир).

Кукуруза

Одни из самых известных именных домов — это высотки по улице Веры Хоружей (10/1, 14, 18/1, 22 и 24/2). Архитектор Владимир Пушкин разработал почти квадратные в плане дома, но десять округлых башенок с балконами заставляют думать, что и сами монолитные дома — круглые. Первый из этих домов — самый дальний от площади Якуба Коласа — заложили в 1972–м и сдали через десять лет, а последний — самый ближний к площади — и вовсе в 1997–м. Очень скоро после постройки дома стали называть в честь кукурузных початков.

Дом в клетке

Еще один жилой дом — проспект Независимости, 95А — за свой внешний вид получил такое странное название. Его построили еще в 2010–м, но несколько лет он стоял по вечерам абсолютно черный: в квартирах никто не зажигал свет, — поговаривали, что и сами квартиры никто не хочет покупать. В 11–этажном доме всего 29 квартир, и некоторые из них — семикомнатные.

Нежилые дома

Промышленные, институтские, офисные здания гораздо чаще, чем жилые, строятся по индивидуальным проектам, поэтому неудивительно, что самым удивительным из них дают свои имена.

Корабль

Здание 15–го корпуса БПИ (теперь — БНТУ) появилось недалеко от пересечения Ленинского проспекта с МКАД в начале восьмидесятых. До сих пор живет легенда, что это здание — дипломный проект выпускника института. На самом деле разработал его Игорь Есьман из «Минскпроекта». Университетский корпус обиходно называют кораблем или лайнером за некоторое сходство с океанским теплоходом. А кто-то видит в его очертаниях электрогитару Gibson Explorer.

Саркофаг

Долгострой Дворца Республики на Октябрьской площади еще во время затяжного строительства стали сравнивать с гробом. Саркофагом его называют до сих пор.

Коза

Дом Политпросвещения, построенный в 1987–м, в начале девяностых переименовали в концертный зал «Минск». На концертных афишах писали: КЗ «Минск», и звучание этой аббревиатуры — «казэ» — со временем исказилось до слова «коза», которым здание и величают.

Флакон

Высотное 24–этажное здание «Белбыттехпроекта» по улице Мельникайте, 2 называли первым беларуским небоскребом: 90 метров высоты, как-никак. Вершина здания украшена затейливой конструкцией, которая делала похожей всю высотку на бутелочку одеколона с колпачком. Так и появились прозвища небоскреба: «флакон», «одеколон», иногда говорили «кораблик». А из-за рекламного баннера, который немало лет висел на «колпачке», все здание стали называть «белхард».

Алмаз

Конечно, не осталась без прозвища и Национальная библиотека Беларуси. Строители и власти неоднократно называли ее сокровищницей и алмазом знаний, и этот рефрен был настолько частым, что слово «алмаз» действительно стало сленговым названием библиотеки. Кроме него, также используют словечки «чупа-чупс», «кубик Рубика» и менее благозвучное «блеватека». Забылось прежнее «ленинка»: вместо этого сейчас говорят «националка». Несмотря на то, что некоторым не нравится архитектура этого огромного здания, все равно и ее приверженцы, и хулители знают, как называется форма этого многогранника: ромбокубооктаэдр.

Финская заправка

Это пример народного названия, которое осталось жить, хотя сам объект исчез еще лет пятнадцать назад. Так называли автозаправочную станцию, которая размещалась на перекрестке проспекта Пушкина и улицы Тимирязева. АЗС построили в 1976 году по некоему финскому проекту, гласит легенда, — оттого она и получила свое имя. В справочниках так и писали: «АЗС №11, финская, пр. Пушкина».

Тусовки

Тусовочные места Минска получили свои сленговые названия, в основном, в девяностых. Хотя и в советское время пытались называть Ленинский проспект Бродвеем. Часть постсоветских названий вымерла вместе с самими объектами, где проходили тусовки («шайба» у гостиницы «Беларусь, например), часть еще нет-нет да и услышишь на улице.

«Аллейка» — это бульварная часть улицы Ленина между Бродвеем и Карла-Марла; «Феликс» — это бульвар по улице Комсомольской напротив КГБ: тут стоит бюст Феликсу Дзержинскому; «квадраты» — это лавки и клумбы сбоку от «саркофага»; напротив, через дорогу, — «паниковка». Почему так? Александровский сквер получил свое жаргонное имечко через скульптуру Эрнста Теодора Калиде «Мальчик, играющий с лебедем» (юный Паниковский с гусем, говорят остряки). «Художка» — сквер на площади Свободы, где до строительства Ратуши торговали картинами; «филара» — скверик за Филармонией на площади Якуба Коласа.

На той же площади есть величественный монумент Якуба Коласа работы Заира Азгура, и когда назначают встречу «под ботинками» — это именно у бронзовых ног писателя. Парк Челюскинцев — популярное место тусовок в прошлом — называли «челюсти». Еще встречи назначают «у розочек» — не путайте с микрорайоном «Розочка»: это у выхода со станции метро Немига, где установлен мемориал в виде роз и тюльпанов. Недалеко от этого места — «галерейка»: торговый центр Galleria Minsk. Подростки тусуются там с утра до вечера, но если хочется «дернуть» дешевого алкоголя, то делать там нечего — вот народ и топает в «пьяный дворик» (двор универсама «Центральный»). Под лестницей, ведущей в торговый зал универсама, есть и «сцена», на которую удобно ставить бутылки.


Текст: Александр Лычавко

Обложка: Евгений Ерчак