В Беларуси продолжаются странные суды, и если в прошлом году судьи выносили приговоры на сутки, то в этом — все больше на годы. Беларусы обозлены на судей и уже придумывают варианты люстрации, когда режим сменится. Но не менее важная роль в этих судах отводится гособвинителям — прокурорам. Именно с их подачу судья выносит приговор. The Village Беларусь посмотрел, кто особенно отличился за последнее время.

Если сказать образно, то судья «всего лишь» спускает курок, а вот заряжает винтовку именно обвинитель. Причем в связке «добрый законник — злой законник» случается так, что судья выступает «добрым»: например, прокурор просит 6 лет строгой колонии — а судья присуждает 5,5 года колонии обычной. Важная роль обвинителей в подавлении демократии отмечается и международным сообществом: например, на прошлой неделе США ввели персональные санкции против 66 человек — и в их список попали и прокуроры.

Алина Касьянчик

Касьянчик — одна из гособвинителей, чье имя сейчас на слуху: именно выступала на стороне обвинения в деле журналисток Белсата и других резонансных слушаниях. В декабре 2019–го прокурор Минска Сергей Хмарук поощрил стажера на должности помощника прокурора Фрунзенского района Алину Касьянчик, которая хорошо проявила себя во время учебы в Институте переподготовки и повышения квалификации судей, работников прокуратуры, судов и учреждений юстиции БГУ. В учреждении образования отметили ее активность и заинтересованность в получении новых знаний, хорошую теоретическую подготовку и творческий подход при написании итоговой работы.

Игорь Ильяш, муж осужденной Екатерины Андреевой, написал в фейсбуке:

 — Алина Касьянчик действительно очень молода: она 1998 года рождения, ей даже 23 года еще не исполнилось. И она уже успела засветиться в ряде политических процессов. Но штука в том, что все участники дела против Екатерины Андреевой и Дарьи Чульцовой — люди молодые.

Следователь Игорь Куделя — примерно 22-23 года.

Старший следователь Игорь Курилович — 30 лет.

Судья Наталья Бугук — 31 год.

Понимают ли вообще они, как их подставили? Что это позорное и невероятно резонансное дело способно навсегда поставить крест на их репутации и соответственно их будущем? Понимают ли они, что их тупо хотят повязать кровью (зачеркнуто — преступным приговором) с системой, которая умирает и не имеет ни малейшего шанса на спасение?

Касьянчик против Белсата

15-го ноября прошлого года журналистки Белсата Екатерина Андреева и Дарья Чульцова вели прямой эфир с «площади Перемен», где после новости о смерти Романа Бондаренко собрались люди, чтобы почтить его память. Екатерина и Дарья вели репортаж из чужой квартиры, окна которой выходили во двор. Вскоре силовики выломали дверь, провели в квартире обыск, а журналисток задержали. В обвинении было сказано, что действия Екатерины и Дарьи повлекли нарушение работы общественного транспорта — будто бы из-за их стрима было остановлено движение 13 автобусных маршрутов, трех маршрутов троллейбусов и трамваев. Ущерб «Минсктранса» оценили в 11.562 рубля и 14 копеек (4.504 доллара на день происшествия).

Эту невероятную недостачу погасили, но остались и другие обвинения, еще более невероятные в своей надуманности. Якобы девушки вели «сбор активных участников, грубо нарушающих общественный порядок» в прямом эфире «с целью создания массовости для возможности противостояния действиям сотрудников правоохранительных органов», а «преступление совершали с помощью мобильных телефонов, видеокамер, штатива и жилетов с надписью «Пресса».

Все это якобы состав преступления по части 1 статьи 342 УК — «Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них». Гособвинитель Алина Касьянчик подытожила, что виновность Екатерины и Дарьи установлена и подтверждается доказательствами — свидетельскими показаниями и совокупностью письменных материалов дела, среди которых — многочисленные звонки граждан о том, что на площади совершаются противоправные действия.

 — Достоверно установлено, что обвиняемые действовали группой лиц по предварительному сговору.

Правда, прокурор попросила исключить из обвинения фразы «из корыстных побуждений» и то, что преступление совершалось с использованием жилеток «Пресса», потому что это не нашло доказательств в ходе судебного процесса. Но попросила суд обратить внимание на повышенную опасность действий, которую, по версии следствия, совершили обвиняемые.

Алина Касьянчик запросила для журналисток два года лишения свободы в колонии общего режима. Судья Наталья Бугук 18 февраля вынесла приговор: 2 года колонии общего режима.


Касьянчик против надписи на тротуаре

Мария Бобович и Максим Павлющик у станции метро «Пушкинская», возле мемориала убитому Александру Тарайковскому, сделали на тротуарной плитке надпись «Не забудем» (они сделали ошибку и написали «Не забубем»). И в результате их обвинили в том, что они беспричинно, умышленно совершили осквернение сооружения циничными надписями и порчу имущества, а госпредприятие «Горремавтодор Мингорисполкома» насчитало ущерб в размере 7.516 рублей 31 копейка.

Дорожники объяснили это тем, что плитку придется менять целиком — а это целых 137 квадратных метров (то есть, буквы должны были быть примерно 5×27 метров, — для такой надписи там просто нет места). Правда, уже на суде представитель дорожников сказал, что они снизили сумму ущерба до 211 рублей 20 копеек, — это уже цена не перекладки плитки, а смывания надписи. Ущерб предприятию перестал быть особо крупным, и дело должны были переквалифицировать в административное.

Но обвинение по части 2 статьи 339 УК (Хулиганство) осталось. Сначала в обвинении еще была фраза «оскорбление сооружений циничными надписями», а когда адвокаты стали настаивать на лингвистической экспертизе, является ли фраза «Не забубем» циничной, прокурор Алина Касьянчик ответила, что это нецелесообразно, потому что понятия циничности и оскорбления являются субъективными. В обвинении Касьянчик просила оставить «умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, сопровождающиеся повреждением имущества, совершенные повторно и группой лиц» (это для Павлющика; у Бобович то же самое, но без «повторно»).

В итоге Алина Касьянчик запросила для Максима Павлющика наказание в виде лишения свободы на 2 года в исправительной колонии усиленного режима (потому что незадолго до этого он уже освободился из колонии, где отбывал наказание по 339–й статье), а для Марии Бобович — в виде ограничения свободы без направления в исправительное учреждение открытого типа на полтора года («домашняя химия»). Судья Юлия Близнюк — запомните этот редкий момент! — в итоге присудила Павлющику 2 года колонии, но не усиленной, а обычной, а Бобович — все те же запрашиваемые 1,5 года «домашней химии».


Касьянчик против надписи шариковой ручкой на объявлении о ремонте мебели

Еще 26 сентября 19­–летний Илья с друзьями решили сгонять посмотреть на дом, где живет командир минского ОМОНа Дмитрий Балаба: там на подъезде кто-то краской написал «Балаба убийца». И там, на месте, Илье пришла мысль тоже оставить свою надпись. Но не краской по фасаду, а шариковой ручкой на доске объявлений. Он понимал, что это будет оскорбление, но все же хотел выразить свое мнение.

 — Я был возмущен действиями сотрудников правоохранительных органов, включая избиение протестующих, был возмущен перекрытием работы метро. <…> Ключевая надпись связана с действиями ОМОНа. Он является руководителем ОМОНа, действия происходят под его руководством. Остальные надписи были скорее всплеском эмоций.

Так что в итоге Илья начертал на объявлении «Балаба убийца» (и, похоже, с ошибкой в последнем слоге). Сам Балаба этого даже и не заметил, но домой ему позвонили сотрудники правоохранительных органов и все рассказали.

Когда трех парней задержали, в служебном авто Балаба провел с ними разъяснительную беседу, потом молодых людей отвезли в РУВД, а Илья публично извинился перед Балабой и другими сотрудниками милиции. В тот же день они получили по 15 суток по статье 23.4 «Неповиновение законному распоряжению или требованию должностного лица при исполнении им служебных полномочий».

А потом Илью обвинили по статье 369 УК «Оскорбление представителя власти». Кроме того, Балаба передал через гособвинителя заявление с гражданским иском, что надписи нанесли ему нравственные страдания, нарушили его личные неимущественные права, в связи с чем он просит возместить ему ущерб в виде тысячи рублей.

В итоге гособвинитель (а это, как сообщают, снова была Алина Касьянчик) запросила для студента наказание в виде ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа на полтора года. Также она считает необходимым удовлетворить гражданский иск Балабы о возмещении ущерба. Судья Андрей Млечко признает Илью виновным и действительно назначает тому 1,5 года «химии» и обязанность возместить Балабе 1.000 рублей.


Касьянчик против сожженного флага

Дело давнее — возможно, именно поэтому приговор столь «мягкий». А мог бы и «трешечку» схлопотать. Некий 19–летний парень 20 августа прошлого года снял с одной из школ Фрунзенского района флаг и попытался его сжечь. Парня схватили и передали дело в суд.

Тогда помощник прокурора Фрунзенского района говорила, что обвинение настаивало на ограничении свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа сроком на 6 месяцев. При этом уже якобы были учтены некие смягчающие обстоятельства. Но суд, состоявшийся в середине ноября, назначил лишь штраф в размере 300 базовых величин — тогда это было 8.100 рублей, или примерно 3.150 долларов.



Кристина Асрян

Кристина Асрян — выпускница юридического факультета БГУ. Она старше своей коллеги Касьянчик: родилась в 1992-м, ей 29 лет. В 2012–м, будучи третьекурсницей, участвовала в традиционном факультетском конкурсе красоты «Богиня Фемида» (завоевала титул «Богиня Фемида on-line», что бы это ни значило), предоставила фотографию с клубничкой и дала такие полезные советы:

 — Всегда идите только вперед, не живите лишь по правилам! Тогда Вас будет ждать успех, а там и до звания Великой женщины не далеко.

До громких политических дел имя Кристины Асрян уже было на слуху у минчан. В частности, именно она выступала на стороне обвинения, когда весной 2016-го хаски загрызла 8–месячную девочку: тогда прокуратура запросила для матери девочки 3 года лишения свободы (именно столько в итоге и присудили). В том же году она была обвинителем на процессе против велосипедиста, который бейсбольной битой избил пешехода, и запросила 7 лет усиленной колонии (в итоге суд назначил 5 лет усиленной колонии). И она же комментировала подробности громкого дела 2017 года, когда на проспекте Победителей водитель технически неисправного грузовика на пешеходном переходе насмерть сбил 11-летнюю девочку (водителю присудили 5 лет колонии общего режима). В том же 2017–м она запросила для бизнесмена, акционера «Мотовело» Александра Муравьева 12 лет лишения свободы по обвинению в мошенничестве и хищению (тогда судья Юлия Близнюк назначила 11 лет).

Асрян против парня, сбитого силовиками, ехавшими по «встречке»

Снова события 15 ноября — в тот же день, когда задержали журналисток Белсата. А здесь, в районе станции метро «Пушкинская», на перекрытых силовиками улицах разворачиваются уличные шествия. В какой-то момент силовики сбивают Степана Чикилева на проезжей части. При этом микроавтобус силовиков ехал по встречной полосе (!), а водитель на суде признал, что не подавал никаких звуковых сигналов. Кто назначен виноватым? Разумеется, сам сбитый парень.

На процессе, где судили Чикилева (а тот во время протестных акций что-то бросал в сторону машин силовиков), гособвинитель Кристина Асрян так обосновывала правдивость показаний свидетелей-силовиков: мол, у свидетелей нет оснований оговаривать обвиняемого, так как они не являются материально ответственными за служебные автомобили, ранее с Чикилевым знакомы не были и личную неприязнь к нему не испытывают.

В вину Степану ставят три броска, достигших целей, между тем как повреждений на машинах насчиталось четыре. Как такое может быть? Да очень просто, Кристиан Асрян знает ответ:

 — Так как действиями обвиняемого не охватываются все повреждения, обнаруженные на автомобилях, из этого сторона обвинения делает вывод, что обвиняемый действовал не один, а в группе с иными неустановленными лицами.

Ну а раз в группе, то этого достаточно, чтобы прокурор запросила наказание в виде ограничения свободы на 3 года в учреждении открытого типа. И судья Наталья Бугук — да-да, та самая, что осудила журналисток Белсата — выносит именно такой приговор.


Асрян против наклеек

Игорь Преженников 4 октября заклеил камеру видеонаблюдения и наклеил листовку на окно КПП на Окрестина. Также он лично якобы блокировал движение транспорта, из-за чего «Минсктранс» снова недосчитался крупной суммы. Но это не все. Игорь подставил плечи другому парню, который металлическим прутом начал бить по камере наблюдения. Ах, ты помог другому? Да это же явный сговор! Игоря судили по части 1 статьи 342 УК («Организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти…»). Гособвинитель Кристина Асрян зачитывает обвинение:

 — Преженников приподнял неустановленное лицо, после чего указанное лицо нанесло два удара неустановленными в ходе следствия предметами по камерам наружного видеонаблюдения, а затем Преженников, продолжая свои групповые действия, заклеил самоклеющейся бумагой одну из наружных камер, расположенных возле ворот, обзорное окно двери и окно контрольно-пропускного пункта ЦИП ГУВД Мингорисполкома, тем самым закрыв обзор происходящих действий со стороны митингующих лиц, ограничил возможность сотрудникам ЦИП и ИВС оценивать сложившуюся ситуацию и оперативно реагировать на ее изменение.

По такому обвинению светило до трех лет тюрьмы, но Кристина Асрян запросила «всего лишь» полтора года колонии. Судья Юлия Чиж именно столько и назначает.


Людмила Иваненко

Людмила Иваненко еще как будто не успела засветиться на громких политических протестах. Хотя были громкие неполитические. Весной 2017 года до суда дошло дело компании «АвтоКомпаниСэвен», которая торговала подержанными автомобилями. Как потом оказалось, фирма брала на реализацию автомобили у собственников и перепродавала, не рассчитываясь с бывшими владельцами. Пострадали около 600 человек. Людмила Иваненко, бывшая тогда старшим прокурором Заводского района Минска, рассказала, что еще в ноябре 2016–го в отношении пяти обвиняемых вынесли приговоры: наказание от 8 до 9,5 лет лишения свободы в колонии усиленного режима с конфискацией имущества. А сейчас, в мае 2017–го, суд рассматривал еще одно дело в отношении тех же лиц в совершении ещё одного мошенничества — также в составе организованной группы в особо крупном размере.

Иваненко против правды о «ноль промилле»

Журналистку TUT.BY Катерину Борисевич судят по делу убитого Романа Бондаренко. Точнее, следствие в отношении Катерины началось, еще когда никакого «дела Бондаренко» не было: его завели только на прошло неделе. А вот Катерину обвинили в разглашении медицинской тайны: она получила от врача скорой помощи Артема Сорокина документ, который свидетельствовал, что никакого опьянения у Бондаренко не было. Обоим вменяется разглашение врачебной тайны, повлекшее тяжкие последствия (часть 3 статьи 178 УК), им грозит до 3 лет лишения свободы. Суд начался на прошлой неделе как открытый. Обвинителем выступает Людмила Иваненко. Именно она выступила против фото- и видеосъемки (удовлетворено) и с ходатайством, чтобы суд из открытого перевести в закрытый (удовлетворено). Теперь слушания продолжаются в закрытом режиме.


Анастасия Малико

Малико против внезапного сговора

10-е августа, второй день протестов. Во время акции на улице Притыцкого митингующие использовали грузовик МАЗ, чтобы перегородить дорогу силовикам. Через неделю после этого инцидента Следственный комитет сообщает, что задержан Дмитрий Дубков — подозреваемый в угоне с угрозами применить насилие. Дубков не отрицает, что управлял автомобилем. Обвиняемый рассказал, как попал в кабину: кто-то из собравшихся спросил, кто умеет управлять таким грузовиком. Дубков, по профессии водитель-дальнобойщик, откликнулся. Когда он подошел к МАЗу, незнакомый ему мужчина в спортивной одежде и капюшоне стоял на подножке кабины и разговаривал с водителем. Другой участник событий, отдавший ему ключи, сказал, что «машина наша». Дубков развернул машину поперек улицы, чтобы перегородить дорогу силовикам: для обычного транспорта улица к этому времени была уже заблокирована. В суде Дубков категорически не согласился с обвинением в блокировке движения, поскольку улица была заблокирована до того, как он сел за руль МАЗа.

Дмитрия обвинили в угоне грузовика и блокировании транспорта (часть 3 статьи 214 УК) и участии в массовых беспорядках (часть 2 статьи 293). За это ему грозило от 3 до 10 лет по первому обвинению и от 3 до 8 лет по второму. Гособвинитель Анастасия Малико оперировала терминами вроде «по внезапно возникшему предварительному сговору» и предложила назначить обвиняемому 7 лет лишения свободы в колонии усиленного режима и обязать его выплатить ущерб «Минсктрансу»: 21.869 рублей 69 копеек (8.350 долларов). Судья Елена Жукович именно такое решение и выносит.


Малико против анархистов на инвалидных колясках

На прошлой неделе состоялся суд против 18–летнего активиста Ивана Красовского. Иван поддерживает анархистское движение — возможно, именно поэтому его телефон прослушивали еще с марта 2020 года, как стало известно на суде. В ночь с 10 на 11 августа он отправился на протесты в район магазина «Рига». Ивана обвинили в том, что во время незаконного массового мероприятия он «публично выкрикивал лозунги, блокировал движение транспорта путем перекрытия проезжей части. После чего, несмотря на требования правоохранителей, отказался покинуть ее, призвал к аналогичным действиям других граждан». Все это привело и к длительному нарушению общественного спокойствия, и к препятствию для работы транспорта.

Но еще тогда, на протестах, Ивана задержали и избили так, что он был вынужден передвигаться на инвалидной коляске. Потом задержали еще раз — уже в конце сентября. Сначала ему вменяли часть 2 статьи 293 (массовые беспорядки), потом переквалифицировали на часть 1 статьи 342 (Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них).

И вот состоялся суд. Гособвинителем стала помощница прокурора Советского района Анастасия Малико, она попросила назначить Красовскому 3 года «химии». Именно столько судья Марина Федорова и присуждает.


Геннадий Бурый

А теперь перенесемся в Брест. Именно здесь вот-вот вынесут приговор, который рискует стать самым крупным за всю историю протестов.

Имя Геннадия Бурого стало известно после резонансного дела на Брестчине. В ноябре 2016–го на автодороге Барановичи — Ляховичи врио отдела ГАИ Барановичского района Андрей Волковыцкий насмерть сбил жительницу Слуцка. При этом водитель превысил разрешенную скорость на 40 км/ч, а в придачу был пьян. Прокурор Бурый запросил для Волковыцкого 5 лет колонии-поселения, но суд посчитал такое наказание недостаточным и назначил 7 лет колонии общего режима и обязал выплатить 35 тысяч рублей компансации.

Бурый не раз запрашивал длительные сроки для обвиняемых. Так, в 2015 году в Пинске осудили двоих мужчин, которые убили и сожгли фермера. Одного приговорили к 14 годам лишения свободы, второго — к 16 годам. Еще один обвиняемый повесился в одиночной камере барановичского СИЗО.

В 2017 году Геннадий Буров получил Почетную грамоту Генерального прокурора Республики Беларусь «за добросовестное исполнение служебных обязанностей по осуществлению надзора за законностью постановления судебных решений по уголовным делам».

Бурый против убегающего от выстрелов

The Village Беларусь рассказывал: Геннадий Шутов получил огнестрельное ранение в голову 11 августа в районе Московской администрации Бреста во время протестов. Его доставили сначала в Брестскую областную больницу, а затем вертолетом переправили в военный госпиталь в Минск. Но это не помогло, и 19 августа Геннадий умер.

Что заявил Следственный комитет:

 — Двое мужчин совершили нападение на лиц, выполнявших задачи по охране общественного порядка при проведении несанкционированного массового мероприятия.

Во время нападения мужчины наносили удары, использовав металлическую трубу, а также предприняли попытку завладения огнестрельным оружием, что подтверждается имеющимися у следствия материалами.

Источник передал «Медиазоне» видеозапись с камеры на подъезде дома, под окнами которого милиционер выстрелил Шутову в затылок. И эта запись вызывает сомнения в официальной версии Следственного комитета.

На прошлой неделе начался суд, и капитан-спецназовец признался, что застрелил Геннадия Шутова. Судят, правда, не убийцу, а товарища убитого — Александра Кордюкова. По версии следствия, Кордюков и Шутов целенаправленно подошли к капитану спецназа Роману Гаврилову и прапорщику Голицыну, после чего Кордюков «нанес удар Гаврилову металлической трубой».

 — Кордюков решил убить одного из военных, — сказал государственный обвинитель Геннадий Бурый. — Гаврилову он нанес удар трубой в голову, чем причинил ему легкие телесные повреждения. Затем бросил металлическую трубу в грудную клетку другому военнослужащему.

По версии обвинения, капитан Гаврилов, защищаясь, сначала выстрелил в воздух, а потом решил выстрелить в Геннадия Шутова, «в область левого предплечья». Однако от того, что не смог сконцентрироваться после удара по голове, попал Шутову в затылок.

Кордюков настаивает, что не бил военнослужащих первым и тем более по голове трубой. Говорит, что после первого выстрела бросил трубу и начал убегать. Также он видел, как Шутов становился на колени спиной к Гаврилову и Голицына, после чего услышал еще один выстрел.

Прокурор Геннадий Бурый запросил для Кордюкова 10 лет колонии усиленного режима. Приговор будет оглашен 25 февраля.


Подпишитесь на наши Instagram и Telegram!


Текст: Александр Лычавко

Обложка: БелаПАН


Обсудите этот текст на Facebook