Во время немецкой оккупации восклицание «Жыве Беларусь» действительно произносили и нацисты, и беларусы, которые с ними сотрудничали, но делает ли это его нацистским, как считает МВД? The Village Беларусь разобрался, кто вообще когда-либо говорил эти слова и кому они принадлежат — нацистам, коллаборантам, оппозиции, пропагандистам или вообще всем беларусам.

Сегодня стало известно, что по инициативе МВД «сопровождаемое поднятием правой руки с распрямленной ладонью» восклицание «Жыве Беларусь» и отзыв «Жыве» попали в список «нацистской символики и атрибутики». Причина: «Коллаборационистское приветствие — является символом 13-го Белорусского полицейского батальона при СД и 30-й гренадерской (пехотной) дивизии Ваффен-СС (русская № 2, она же — белорусская № 1) наравне с нацистским партийным приветствием „Хайль Гитлер“ и представляет сопровождаемое поднятием правой руки с распрямленной ладонью восклицание „Жыве Беларусь“ и отзыв „Жыве“».

Официальное признание беларускими властями лозунга «Жыве Беларусь» «нацистским символом» — по сути, формальность. Приравнять его к нацистской символике МВД предложило еще в июне 2021-го. В ноябре 2021 года историк и депутат Палаты представителей Игорь Марзалюк в эфире государственного телеканала СТВ заявил, что «Жыве Беларусь» — это калька с нацистского приветствия «Зиг хайль». А школьные учебники для 11- классов по «Гісторыі Беларусі» тоже уже превентивно отредактировали:

«В каждом классе вывешивался портрет Гитлера, украшенный с двух сторон бело-красно-белыми лентами. Обязательным приветствием были слова „Жыве Беларусь“ (как аналог приветствия „Хайль Гитлер“ для местных жителей», — рассказывается в учебниках.

Фото: Игорь Мельников

В госпропаганде БЧБ-флаг и «Жыве Беларусь» тоже уже второй год называет не иначе как «фашистской тряпкой» и «лозунгом нацистов».

Когда на самом деле беларусы начали использовать фразы «Жыве Беларусь»?

Беларус приветствует беларуса словами «Жыве Беларусь» уже больше 100 лет. Некоторые видят истоки этого патриотического девиза в пароле, который использовали участники виленской революционной организации во время восстания 1863-64 годов под руководством Калиновского. Они говорили: «Люблю Беларусь. — Так узаемна». Но конкретно фразу «Жыве Беларусь» впервые использовал Янка Купала в стихотворении «Гэта крык, што жыве Беларусь» (1905—1907):

«А вот як не любіць гэта поле, і бор,
І зялёны садок, і крыклівую гусь!..
А што часам тут страшна заенча віхор, —
Гэта енк, гэта крык, што жыве Беларусь!»

Как раз в это время среди беларусов началось мощное национальное движение и возглас «Жыве Беларусь» подхватили публицисты-возрожденцы.

Позже эта фраза обросла еще несколькими словами и стала звучать так: «Няхай жыве вольная Беларусь». В таком виде ее и вышили золотом на БЧБ-флагах, которые разослали в белорусские организации весной 1917 года. Он занимал центральное место на Первом Всебеларуском съезде.

Лозунг «Жыве Беларусь» использовался и в Советской Беларуси. Вот как выглядела первая полоса газеты «Савецкая Беларусь» в марте 1924 года — выпуск вышел после присоединения к БССР Витебская и Могилева:

Фото: тг-канал «Беларускі піонэр»

Лозунг «Няхай жыве ІХ Усебеларускі з’езд саветаў!» были написаны на кинотеатре «Культура» в Минске, где в 1929 году проходил тот самый съезд советов:

Фото: тг-канал «Беларускі піонэр»

В послевоенное время и до перестройки девиз «Жыве Беларусь» конкретно в таком виде звучал только среди беларусов-патриотов в эмиграции, куда они были вынуждены отправиться после возвращения на территорию Беларуси советских властей. А вариант «Няхай жыве Савецкая Беларусь!» можно было встретить и в СССР на плакатах (иногда с ошибками):

Плакат государственного издательства БССР 1947 года

После того как СССР присоединил обратно западную часть Беларуси, в газетах появились публикации о том, что в Польской республике в 1930-е годы за возгласы «Жыве Беларусь» на беларусов составляли протоколы польские полицейские — а потом им за это давали сутки и даже месяцы арестов. Вот какая заметка была опубликована в газете «Звязда» в 1939 году:

Фото: тг-канал «Беларускі піонэр»

Но неизвестно, что в этой публикации правда, а что — художественное преувеличение пропагандистов.

Впервые в послевоенное время девиз «Жыве Беларусь» публично прозвучал в Минске на площади Свободы 20 марта 1988 года:

«У прынцыпе, гэта быў першы мітынг у горадзе. Спантанны абсалютна. Ніякіх заявак мы нікому не падавалі. Не існавала ніякога заканадаўства пра мітынгі і дэманстрацыі.

Анатоль Сыс выступаў, чытаў верш, калі не памыляюся — «Маналог Апанаса Філіповіча», сваім акторскім, трыбунным голасам. І скончыў выступ заклікам «Жыве Беларусь!» Натоўп, з падагрэтым настроем, дружна адказаў: «Жыве!», — делился воспоминаниями лидер «Талаки» Сяржук Витушка.

После развала СССР восклицание «Жыве Беларусь» снова начало широко использоваться беларусами в Беларуси в контексте национального беларуского возрождения и даже на официальном уровне — звучал в парламенте. А одноименная песня даже претендовала на статус государственного гимна.

Негативное отношение к его использованию вернулось с приходом к власти Лукашенко и курсом на русификацию. С тех пор «Жыве Беларусь» на официальном уровне и уровне пропаганды начал считаться «оппозиционным лозунгом», а не национальным беларуским, а тем, кто громко произносил эти слова на массовых мероприятиях, время отвремени давали «сутки».

С 2006 года — после многотысячного митинга на Октябрьской площади — у «Жыве Беларусь» появился неофициальный статус «антигосударственного» лозунга. Такую формулировку использовали силовики в протоколах, которые составляли на задержанных.

Иногда пропаганда делала попытки присвоить его себе, вероятно, чтобы сбить градус политизации общества. В 2007 году певица Анжелика Агурбаш, тогда еще твердо стоявшая на идеологически правильном пути, вдруг выкрикнула «антигосударственный» лозунг на концерте 3 июля, объяснив это тем, что никакой он не «оппозиционный», а общий, беларуский.

После этого в главной провластной газете даже вышла публикация с таким названием, автор которой попытался доказать, что никакой это не «оппозиционный», а общебеларуский лозунг: «„За Беларусь!“, „Жыве Беларусь!“ или „Квiтней, Беларусь!“ — в сущности, одно и то же разными словами. Неужели желать процветания своей стране, утверждать, что она живет (не умирает, не гибнет — боже упаси!), — нечто из ряда вон выходящее или, еще не хватало, исключительное право неких партий?».

Раз уж на то пошло, интерпретация этого лозунга есть даже в современном государственном гимне: «Вечна жыві і квітней, Беларусь».

Некоторые юристы считают, что слова «Жыве Беларусь» могли бы стать госсимволом, который нужно закрепить в Конституции:

Цяперашняя Канстытуцыя Беларусі, як і канстытуцыі пераважнай большасці дзяржаў, прадугледжвае тры дзяржаўныя сімвалы: сцяг, герб і гімн. Аднак некаторыя краіны маюць яшчэ і іншыя дзяржаўныя сімвалы.

У Францыі няма герба, затое яе Канстытуцыя замацоўвае разам са сцягам і гімнам: дэвіз Рэспублікі — «Свабода, Роўнасць, Братэрства». Сімваламі Бразіліі, адпаведна яе Канстытуцыі, з’яўляюцца сцяг, герб, гімн і пячатка.

Ёсць словы, якія маглі б стацца дзяржаўным сімвалам Беларусі. Іх ведае кожны наш суайчыннік, і замены ім няма: «Жыве Беларусь!»», — считает доцент конституционного права и автор двухтомного «Комментария к Конституции Республики Беларусь» Иван Плехимович.

Или как минимум национальной идеей:

Лепшая нацыянальная ідэя для беларусаў — гэта «Жыве Беларусь», іншага зараз я не бачу», — считает доктор исторических наук Олег Латышонок.

Нацисты и правда убивали беларусов, приговаривая «Жыве Беларусь»?

Во время Второй мировой войны немецкие оккупационные власти в Беларуси действительно манипулировали лозунгом «Жыве Беларусь». Но делали это только лишь потому, что понимали, что эти слова у беларусов забирать нельзя, если хочешь попытаться с ними в «конструктивный диалог».

В августе 1943-го в Беларуси начали даже выпускать журнал с названием «Жыве Беларусь» на беларуском языке, как «орган кіраўнікоў Саюза Беларускай Моладзі».

Страница из первого выпуска журнала "Жыве Беларусь"

«Саюз Беларускай Моладзі» или «Союз беларуской молодежи» — это такая молодежная организация, появившаяся на территории Беларуси и в Германии во время немецкой оккупации. Немцы ее создавали, чтобы воспитать новую генерации беларусов в духе германского национал-социализма и вербовать свежие кадры для Третьего рейха. И если объявлять нацистским лозунг «Жыве Беларусь», потому что его произносили нацисты, то что тогда делать с Белорусским республиканским союзом молодежи, название которого созвучно с нацистской молодежной организацией? Или, например, с брюками, которые носили и немецкие солдаты, и "коллаборационисты", и даже сам Гитлер.

На самом деле, по словам руководства «Саюза Беларускай Моладзі», сами беларусы использовали и воспринимали эту организацию и свое участие в ней в патриотическом ключе: они там учили любить Беларусь и беларуский язык, а не Гитлера и «великий Рейх». Вот что об этом писала руководительница минского городского сообщества Вероника Каткович-Клентак:

Немцы, вядома, мелі сваю мэту — выкарыстаньне моладзі, а нашае кіраўніцтва імкнулася да процістаўнай мэты. Мы імкнуліся абуджаць нацыянальную сьведамасьць і патрыятычныя пачуцьці адказнасьці за сваю бацькаўшчыну й павіннасьці змаганьня за яе вызваленьне. У сувязі з тым між нашым кіраўніцтвам і прадстаўніцтвам нямецкага боку была паўсюдная супярэчнасьць, якая ўскладняла працу, стварала небясьпечныя сытуацыі, уключна з арыштамі працаўнікоў кіраўнічага штабу й пагрозамі зьняволеньня шэфа-правадніка».

То есть среди беларусов, ревностных патриотов Беларуси, а не СССР, действительно были те, кто сотрудничал с немецкими оккупантами, думая, что это поможет наконец-то решить беларуский национальный вопрос. По мнению историков, в то, что немцы реально помогут в этом деле, верило меньшинство сотрудничавших беларусов. Большинство же быстро убедилось в том, что поддержка всего беларуского немецкими оккупантами — это лишь элемент пропаганды. Но они все равно решили использовать это благоприятное время, чтобы развивать культурное движение и национальные школы.

«Жыве Беларусь» во время Второй мировой войны говорили и беларуские партизаны. Ниже — строчки из песни витебских партизан, написанной поэтом Пименом Панченко:

«Ідуць у атаку

Лясныя салдаты,

Грукочуць гранаты,

Грымяць аўтаматы:

— Жыве Беларусь!

— Жыве!».

Почему оккупационные немецкие власти не запретили беларуский язык, БЧБ-флаг, «Жыве Беларусь» и вообще все беларуское? Немцы были проницательны: они уловили национальный вайб на захваченной территории и массовую тоску беларусов по самоидентификации, и решили использовать это в своей пропаганде, чтобы местные были к ним лояльны, а не поджигали автомобили по ночам и не взрывали военную технику. Забавно, что немецкие оккупационные власти позиционировали себя как освободителей беларусов — от большевиков и поляков.

«Дзякуючы нямецкая перамозе ня будуць больш здзеквацца над намі ні польскія паны-акупанты, ні жыдоўскія камісары (так яны называлі бальшавікоў — The Village Беларусь)», — говорится в первом номере упомянутого выше журнала.

Итого, и Азаренку должно быть очевидно: оккупационные немецкие власти не придумывали ни беларуский язык, ни БЧБ-флаг, ни «Жыве Беларусь», ни БРСМ — они просто использовали то, что уже было у беларусов и то, чем они дорожили, чтобы завоевать лояльность у местных и надолго закрепиться на захваченных территориях. Все эти атрибуты беларуской национальной идентичности не придумывали и беларусы, которые согласились сотрудничать с немцами, чтобы попытаться построить независимую Беларусь или хотя бы возродить беларускую культуру.

Как отреагировали соцсети

Сегодняшняя новость об объявлении «Жыве Беларусь» нацистским символом вызывала бурную реакцию в соцсетях: многие кратко поприветствовал своих подписчиков этой фразой, а некоторые выдали более развернутую реакцию. Причем в этом флешмобе поучаствовали не только беларусы.

Помогите нам выполнять нашу работу — говорить правду. Поддержите нас на Patreon

и получите крутой мерч

Обсудите этот текст на Facebook

Подпишитесь на наши Instagram и Telegram!

Обложка: Andrew Keymaster