Экс-глава ПВТ Валерий Цепкало, чью инициативную группу по выдвижению кандидата в президенты ЦИК зарегистрировал 20 мая, сегодня провел большую пресс-конференцию. Выдержать формат «вопрос-ответ» Валерию было сложно — он постоянно уходил от темы и давал ответы на вопросы, которых ему не задавали. Мы выбрали главное из того, о чем говорил кандидат в кандидаты в президенты.

Пресс-конференцию Валерий начал с монолога, в которой сравнил экономику Беларуси с экономикой других стран и рассказал о проблемах, которые ей удалось накопить за 25 лет:

— Почему я решил пойти в эту политическую кампанию? Последние 10 лет я имел возможность наблюдать, как бурно развивается мир. Последние 10 лет мы видели, как растет экономика США, стран Евросоюза, за небольшим исключением. Мы видели, как за последние 10 лет второй экономикой мира стала экономика Китая. Валовый внутренний продукт КНР за 10 лет вырос, вдумайтесь, на 270%. 10 лет назад средняя зарплата в КНР была $300, в 2019 году — $800, в самой бедной провинции — $240. Я уже не говорю об экономиках других стран — Малайзии, Сингапура, Южной Кореи.

В Беларуси же ВВП не только не увеличился, но и несколько упал — с $60 млрд до $59 млрд. За 10 лет у нас увеличился существенно только внешний долг. Он достиг $17 млрд. Десять лет без развития. И самое главное, что мы сегодня не видим перспектив. Любой народ может очень много вытерпеть и перенести, если он знает конечную цель, ради чего все это делается.

Лет 25 назад Беларусь имела, пожалуй, самый серьезный потенциал среди всех стран бывшего СССР и даже среди стран Восточной и Центральной Европы. 25 лет назад наши шансы примерно оценивались, как у ГДР, территории бывшей ГДР, и Чехии. У нас примерно были сравнимы ВВП на душу населения. Сегодня ВВП Чехии в 4 раза выше, чем у РБ. Я не говорю про ГДР — там работали другие факторы. Но я помню, как еще 20 лет назад поляки все вывозили от нас — холодильники, телевизоры, продукты питания, то есть Польша была чрезвычайно бедной страной. Сегодня мы видим совершенно иную картину. Только в Белостоке гродненцы покупают товаров на $350 млн в год…

Нашей стране требуется модернизация во всех областях, в том числе промышленности, которая должна быть связана с приватизацией… Если инженеры на МАЗе будут зарабатывать не $500, а $2000, а рабочие — $1000-1500, как сегодня в Польше или Чехии, то, мне кажется, что они с удовольствием поменяют государственную собственность на частную. Потому что частная собственность — это инвестиции, приход высоких технологий, изменение отношения к людям и много других важных факторов…

Также Цепкало говорил о необходимости реформ в области сельского хозяйства, чтобы каждый работник там был заинтересован в результатах труда. О реформировании системы здравоохранения:

«Здесь примером может быть тот же ПВТ, где во главе угла становится программист, а не бизнес и компания, которая его нанимает. Потому что он превращается в свободного агента, за которого конкурирует много разных компаний. В медицине тоже должно быть много разных частных медцентров, которые будут конкурировать за врачей», — сказал он.

О своем видении реформирования системы образования: «Вокруг учителя должна строится вся экономическая политика». И о том, что пандемия коронавируса еще больше показала неготовность нынешнего государства отвечать на современные вызовы. Цепкало привел в пример опыт европейских стран и Китая, говоря о последнем он сказал:

«Самое главное, они продемонстрировали, что для них ценность представляет каждый человек, несмотря на то, болеет ли он хроническими заболеваниями, какого он возраста».

После кандидат в кандидаты в президенты ответил на вопросы журналистов.

— Кто виноват во всех проблемах, о которых вы рассказали?

— Я не хотел бы сейчас оборачиваться в историю. И если оборачиваться в историю, я бы пытался перенять опыт тех стран, которые смогли за исторически ничтожный период времени выбраться из третьего мира в первый… (долгая лекция о хороших примерах — The Village Беларусь) Давайте смотреть в будущее, а не смотреть в прошлое. Если мы даже ответим на ваш вопрос, он нам все равно не даст ключа к тому, куда двигаться дальше и что делать.

— Вы работали в команде Лукашенко и некоторое время были к нему близки. Сейчас вы резко критикуете политику действующего главы государства, экономическую политику. Когда вы разочаровались в Лукашенко?

— Действительно, 1994 год — огромное желание белорусского общества перемен, поменять курс. И мы действительно ассоциировали движение вперед Беларуси с Александром Лукашенко. Была очень сильная команда: и Виктор Гончар, и Александр Федута, и Анатолий Лебедько и другие. Но вы должны понимать, что тогда была Конституция, которая предусматривала нахождение у власти 10 лет, это нормальная практика. За 10 лет можно много сделать. И в то время [в 1994 году] он [Лукашенко] был действительно близок, он был близок моей бабушке, потому что знал, сколько от свиноматки должно родиться поросят, он был близок выходцам из деревень, потому что знал, сколько кур может покрывать петух. Это на самом деле было очень близко, это импонировало. Но я думаю, давно надо уходить от сельского уклада, мы целые правительства меняем. Прошлое правительство поменяли, потому что покосилась дверь у свинарника, не была отремонтирована крыша, тут надо менять систему. Наверняка во всей Беларуси коровы не ходят под музыку, их не поят пивом, не делают массажи, это стандартная ситуация для всей республики. Но будущее не в этом, не в сельских укладах… В Беларуси не должно быть врагов и друзей. Мы не должны делить на белых и красных, врагов и оппозицию, мы должны говорить о том, что мы одна страна, один народ и должны вести дискуссию по всем принципиальным вопросам. А кто с кем был… Какая разница, кто с кем был.

— Будете ли вы, став президентом, использовать свое положение, чтобы давить на бизнес, медиа, людей в том случае, если их позиция кажется вам неправильной? (вопрос задал журналист Dev.by, ссылаясь на факты давления Цепкало в прошлом на Dev.by и TUT.BY из-за отдельных публикаций)

В ответ Цепкало долго рассказывал о контексте прошлых историй, сказал, что он ни на кого не давил и не мог давить, потому что государственным служащим не был. Он просто интересовался, правильная ли это редакционная политика ресурса.

Также Валерий рассказал, как он видит стандарты журналистской этики:

«Если я даю эксклюзивное интервью, где есть журналистская этика, и журналист говорит, что в соответствии с этой журналисткой этикой, он мне покажет текст интервью, согласую, то в этом случае я веду беседу расслабленно, зная, что потом я ее поправлю», — сказал экс-глава ПВТ и сослался на закон РБ о СМИ, в котором, с его слов, говорится, что цензура не допускается за исключением случаев, когда речь идет об эксклюзивном интервью.

Он пообещал пустить иностранный капитал в беларуские СМИ и напомним, что СМИ обычно не критикуют своих спонсоров.

«Идея свободы СМИ заключается в том, что частный бизнес, инвестирует в СМИ, которые ему нравятся. Когда разные интересы у бизнеса, тогда и представлен разный спектр мнений. В этом основной смысл свободы СМИ. Вам не нравятся спонсоры, которые дают вам деньги? Найдите других спонсоров и продолжайте агитировать за то, чтобы беларуские программисты уезжали», — сказал он.

Отвечая на один из вопросов Цепкало раскритиковал застройку Dana Holdings:

— Мы будем делать так, чтобы город Минск развивался по генеральному плану без всяких уплотнений. Где будут самые высокие мировые стандарты, и не будет строиться такого, как мы видим на примере «Маяка Минска». В общем-то не только международным стандартам не соответствует и качество строительства, и нормы, на которых это построено, но даже элементарным беларуским… В Батуми прекрасные дома и стоимость квадратного метра с прекрасной внутренней отделкой, штукатуркой и прекрасной кухней ниже, чем у нас в «Маяке Минска» с полуразрушенными стенами, где соседа можно увидеть в щель плохо положенных бетонных блоков.

— Если вы станете президентом, что вы сделаете с договором о создании союзного государства?

— Римляне говорили: «договоры должны соблюдаться». Мое абсолютное убеждение, что мы должны соблюдать все договоры, подписанные Республикой Беларусь. Договор о создании союзного государства — это непростая тема. Непростая в том числе потому, что на протяжении 20 лет Беларусь требовала от России выполнения только экономического блока. Но договор состоит из двух частей. Первая часть касается интеграции — создания общего суда, по-моему, парламента и так далее. Вторая часть касается экономического блока. Так вот Россия исправно давала нам дешевые нефть и газ, исходя из второй части. При этом мы не выполняли политический блок этого договора. В конце прошлого года Россия поставила нас перед выбором: либо мы поднимем цены на нефть и газ, либо давайте выполнять политическую часть договора. Мне кажется такая постановка вопроса справедливой. Если мы будем развивать экономику, основанную на знаниях, не энергоемкую, то мы можем существовать, как существует Чехия и Польша. Мы должны учиться экономить и жить по средствам… Я убежден, что мы, наши земли, беларусы, внесли даже больший вклад в развитие беларуского языка, чем Московское княжество. На уровне психологических стереотипов — мы не чувствуем разницу с русским. Мне всегда казалось, что русские, как и украинцы, — это свои люди. Наша культурная близость будет определять наши особые отношения с Россией.

— Что вы ответите тем, кто вас считает спарринг-партнером Лукашенко? Связывались ли с вами представители власти или из администрации президента после того, как вы заявили об участии в выборах?

— Я не очень понимаю, кто такой спарринг-партнер. А что касается второго, то решение я принял самостоятельно. Я принял его, исходя из видения ситуации, которая сложилась у нас в стране и своего видения будущего развития.

— Останется ли русский язык государственным?

— Да, будет два государственных языка.

— Не боитесь ли вы повторить судьбу Гончара и Лебедько, своих бывших соратников?

— В Республике Беларусь у каждого гражданина есть конституционное право — выдвинуть себя или кого-то другого на должность президента. Должность президента нашей страны — это не должность бога, царя, короля. Это такой же гражданин Республики Беларусь, как вы, я и любой из присутствующих здесь в зале. Право граждан Беларуси выбирать себе руководителя — это их конституционное право. Если бы я говорил, может быть, в начале прошлого века, я бы сказал, что это еще и священное право.