27-летний айтишник Филипп Зарянкин — сын председателя Витебского горисполкома Вадима Зарянкина. Парень был задержан в день инаугурации Александра Лукашенко и отсидел 13 суток ареста по «народной» статье 23.34. Он рассказал для «Нашей Нивы» о своих приключениях.

— Меня не задерживали на марше, меня задержали в 23:20 на пересечении Немиги и Романовской Слободы. Я просто шел домой, хотел перейти улицу. Там стояли люди в форме, я обратился к ним, чтоб спросить, могу ли я пройти и вызвать на остановку такси, или тут перекрыто и лучше обойти? Мне сказали: «Можно, проходите». Но вскоре внутри оцепления меня встретил другой человек, уже в каске, и сказал, что я могу пройти, но «только налево» — и отвел меня в пункт милиции, откуда меня увезли в Московское РУВД.

Никакой символики не было. Уже в камере, в Жодино, я говорил с другими людьми, которых, по их словам, забирали просто так. Кто-то в спецовке запирал машину — под руки и повели. Не во время акции. Мы думали: почему нас хватали, может быть, милиция надеется на свое чутье или есть норма «палок»? Не знаю.

На суде по скайпу не слышал часть сказанного, поэтому не знал, в чем меня обвиняют. Оказалось, что я сопротивлялся задержанию, но эта статья отпала, так как в протоколе была не моя фамилия. Осталось пикетирование, 23.34 — дали 13 суток. Но адрес задержания отличался, время задержания — тоже. У меня была запись разговора с женой, позже времени задержания в протоколе, его приложили — ноль реакции судьи. Я с адвокатом подал апелляцию на решение.

— Помог ли вам в Жодино факт родства с руководителем Витебска?

— Нет, наверное, даже навредил. Сотрудники дали мне прозвище «Мэр», смеялись, что я всех уволю. Я ссорился с сотрудниками, которые нарушали собственные правила и не выводили нас на прогулки, мне угрожали за это побоями.

Естественно, отец с мамой волновался, как все родители. Вскоре увидимся и переговорим.

— Как вы думаете, повлияют ли ваши приключения на его карьеру?

— Как я понял, это уже начинает сказываться. Я в диком ужасе. Происходит нечто очень похожее на террор государством собственного народа. При этом все понимают, что выборы были сфальсифицированы так нагло, что люди не смогли это терпеть, на фоне еще истории с коронавирусом и рядом политических заявлений.