Руководитель отдела информации и общественных связей УВД Гродненского облисполкома Евгений Дудко дал интервью Дмитрию Чекану в прямом эфире радио s13. live. Дудко прославился тем,  что в официальных сообщениях милиции употреблял популярные интернет-мемы. Журналист задавал гостю собственные вопросы и вопросы слушателей радио — большинство из них касалось нынешней общественно-политической ситуации. Люди спрашивали о БЧБ-флагах, силовиках в балаклавах, разгонах чаепитий во дворах и о том, сколько стоит совесть. Запись прямого эфира не была опубликована, потому что УВД запретило это делать без объяснения причин. Однако позже запись интервью опубликовало издание Hrodna.life — эфир записывал на диктафон и передал в редакцию один из читателей.

— Как ты думаешь, не переборщил ли ты с мемами в официальных обращениях УВД?

— Надо было находить общий язык с нашими гражданами и искать новые методы. Время выбрало, что выбрало. Надо было отходить кое-где от официального тона. Я принял удар на себя. И не сожалею.

— То есть разговор с гражданами через интернет-мемы, на ваш взгляд, смягчил отношение граждан к органам внутренних дел?

— Я тебе скажу так, Дима, что необходимо было в некоторые моменты с точки зрения психологии выбирать ту тактику, которая где-то убирала агрессию и непонятное отношение и к органам власти, и к милиции. Нужно было брать удар на себя. Пообщаться с людьми в нормальном лайтовом ключе.

— У меня складывается впечатление, что твоя задача заключается в том, чтобы поток агрессии взять на себя разбавлять, забавлять. Какая-то фриковатость присутствует в этом всем, что ли.

— Давай без популизма. Я, как и многие, хочу, чтобы в нашей стране было спокойно. Чтобы наши дети ходили по улицам мирно. Я просто хочу, чтобы реально было спокойно. И время выбрало. Я беру и увожу агрессию в сторону органов внутренних дел на себя.

— Происходили ситуации, которые кроме как абсурдом не назовешь. Когда одних штрафуют за какие-то моменты, а проходит провластный автопробег — и это нормально, хоть автомобили без номеров. Это не является правонарушением?

— Дима, давай я тебе так скажу, нужно задуматься для чего и почему все это делается. Все различные мероприятия. И ты опять же уводишь в политику. А мы говорили с тобой, что не будем о ней говорить.

— На каких основаниях граждане обязаны подчиняться человеку в штатском или человеку, не предъявившему удостоверение?

— Сотрудники милиции выполняют свои обязанности как в форме, так и в штатском. Такие случаи могли быть в экстремальных ситуациях, когда идет грубое массовое правонарушение.

— Что такое грубое массовое правонарушение?

— Ну, ты не видел, а я там был. Это когда очень много кричащих, орущих, агрессивно настроенных. Я тебе серьезно говорю, что когда доставляли деструктивных граждан и агрессивных в Октябрьский и Ленинский РУВД, то в портфелях находили много чего интересного — биты, ножки от стульев, воспламеняющиеся жидкости. В такой момент дай бог успеешь среагировать на них, чем показать удостоверение. Давай дальше.

— Тут просто пишут, что когда проходят акции протеста, они проходят мирно до появления сотрудников милиции. Почему так?

— Мнение такое у человека, у меня другое мнение. Давай дальше.

— Какое у тебя мнение?

— Никогда протестные акции мирно не проходили. Посмотри, и в Российской Федерации, и в Польше, США, Германии…

— У нас менталитет не тот.

— Менталитет у нас, я тебе скажу, что у нас не тот менталитет. Но последние события показали, что у некоторых людей этот наш менталитет беларуский пропал.

— Это связано со многими аспектами, я считаю, в том числе с самообразованностью и с желанием самообразовываться. Учитывая подачу информации с телевизора, который смотришь и не верится. А ты читаешь сам, самообразовываешься, расширяешь свой кругозор, становишься умнее.

— Тут не самообразованность, а появился правовой нигилизм — это раз.

— Правовой нигилизм появился, потому что доверие пропало.

— А второй момент — некоторые из людей, граждан подумали: как так у нас в Беларуси может быть все время так хорошо и спокойно. Некоторые перестали ценить это. Давай дальше.

— Кстати, с флагами абсолютно интересная история. Бело-красно-белый флаг. Я так понимаю, что сейчас готовиться законопроект по признанию этого флага экстремистской символикой. Правильно?

— Ты знаешь, чем быстрее в правовом плане все урегулируется, тем будет проще для всех.

— Не кажется ли тебе абсурдной война с сочетаниями цветов, когда, например, жгучее внимание начинают обращать на урны, выкрашенные в такое сочетание цветов? Или когда госфлаги вывешивают ну везде.

— Подожди, мы не про вывешивание. Знаешь, вообще ненормально, когда ты идешь и мусорные контейнеры разрисованы. Не надо портить наше общее имущество, которое государство для нас сделало. Это все неправильно и так быть не должно.

— Могут ли граждане с детьми с детьми встречаться в вечернее время во дворе с соседями? Нужно ли уведомить милицию, подать письменный запрос? Можно ли распивать чай и есть печенье, если в беседки обралось трое взрослых и четверо детей? Есть ли риск, что к ним будут претензии со стороны сотрудников милиции?

— Конечно, есть риск. Вопрос очень такой интересный. Ведь в принципе ничего нехорошего нет, когда люди собирались семьями во дворах, пили чай с малиновым вареньем, разговаривали. Но ты же знаешь, под каким соусом это делается, под какой перчинкой.

— Как я понимаю, есть жилой комплекс, у людей есть схожие точки зрения, они собираются и эту свою точку зрения обсуждают, не нарушая ни одного пункта административного кодекса. Просто обсуждают точку зрения, как в любой нормальной демократической стране.

— Нормальная вещь, когда обсуждают. Люди говорят. Но есть же другие моменты. Когда идет нарушение административного законодательства. Когда под благим намерением собраться и пообщаться происходят пикетирования и несанкционированные мероприятия, в том числе массовые. Честно, уже надоело, когда во дворы выходят группы из 10 человек, выкрикивают лозунги, делают фото и видеоотчет, потом разбегаются и гонят во всю мощь во дворы. Вот если под таким соусом будут собираться, то это уже неправильно. В этом есть нарушение административного законодательства.

— Почему в сообществе Вконтакте «МВД Гродно» с 9 по 11 число ничего не было записано о ситуации в городе?

— Некому было писать информацию, мы были все в гуще событий.

— Сотрудники Гродненской милиции всегда руководствуются законом или иногда не до законов? При каких обстоятельствах может быть не до законов?

— Вопрос непонятен. Почему не до законов? Всегда пользовались по закону, совести.

— Сколько стоит совесть, Женя?

— Совесть не продается. Наверное, кто-то с рынка написал, кто торгует чем-то. Есть душа, разум и сердце, они должны гармонировать. Если они будут гармонировать, все будет нормально. Главное оставаться человеком.

— Почему сотрудники милиции прячут лица на массовых акциях и судах по административным делам? При всех административных правонарушениях сотрудники прячут лица или только в некоторых случаях?

— Это очень интересный момент. Когда официального представителя УВД Евгения Дудко называли тихарем. Я находился с видеокамерой без маски, а меня на сайте назвали тихарем. Сотрудники милиции при исполнении обязанностей в экстремальных ситуациях имеют право надевать и балаклаву, и специальную форму.

— То есть все митинги, мероприятия — это экстремальная ситуация для сотрудников милиции?

— Конечно.

— И в суде он имеет право сидеть в балаклаве, с искаженным голосом, под именем Иванов Иван Иванович.

— Имеет право.