Вчера на ОНТ показали фильм-"сенсацию» о том, кто из силового блока сливал информацию Степану Путило и в целом о «предательстве» силовиков из разных структур. Эксперты объяснили, что и для кого власти решили продемонстрировать этим фильмом и что его показ означает для беларусов, которые хотят перемен.

Петр Кузнецов, политолог, «Центр регионального развития ГДФ»:

 — Я не совсем уж сторонник мнения о том, что все это — лишь попытка сделать хорошую мину при плохой игре. Я думаю, правда где-то посередине. Разговоры Баскова и Шакуты — наверняка аутентичные, дальнейшее могло быть постановкой, а могло и не быть. Вся эта игра могла иметь место, а могла и не иметь — историю могли и придумать для главного зрителя, чтобы показать свою нужность и важность.

Но что действительно бросается в глаза — это явно пропагандистский характер продукта с четко читающейся целевой аудиторией: силовые службы. Представителям которых хотят донести, что все будут раскрыты и связываться с «невероятными» ни в коем случае нельзя. В принципе, об этом уже тоже многие высказались.

Но тут я хочу обратить внимание на один важный аспект. Давно и много говорится о том, что власть падет, когда истощатся ее ресурсы. Тема убывания ресурсов у одних и наращивания их у других — одна из ключевых в обсуждениях с момента начала протеста, она же занимает едва ли не центральное место в плане, опубликованном некоторое время назад командой Тихановской.

На ресурсы как-то принято смотреть исключительно с одной стороны: бывают, мол, такие вот ресурсы — материальные, информационные, человеческие, а бывают и вот такие ресурсы, а бывают еще и вот такие. Но для понимания роли ресурсов в политике смотреть на них лучше не с точки зрения, какие они бывают и у кого сколько есть, а для чего они используются и служат — и на что их, соответственно, хватает, а на что — нет. Так лучше видны слабые и сильные места и, соответственно, так проще адекватно понимать ситуацию.

Так вот, вообще говоря, для осуществления власти, то есть, управления людьми, ресурсы используются преимущественно лишь в трех генеральных (остальное — детали) направлениях: поощрение, наказание и убеждение.

Просто говоря, поощрение — для «своих», наказание — для «чужих», убеждение — для колеблющихся с целью перетянуть их в «свои». Любое действие при осуществлении власти (управления) так или иначе связано с одним из этих трех аспектов. Чтобы награждать и поощрять нужны материальные ресурсы, чтобы наказывать — человеческие и материальные, чтобы убеждать — информационные, интеллектуальные, человеческие и материальные, ну и, в общем, примерно так это все и работает.

А теперь смотрим, что получается на выходе.

Пропагандистские возможности — это однозначно информационный ресурс. Информационные ресурсы не используются ни для поощрения, ни для наказания, ну, разве что, в каких-то уж суперособенных вариациях, например, военкому Кривоносову руку пожать на камеру и поощрить его тем самым на всю жизнь. Но в силовой системе отнюдь не все уровня Кривоносова. Большинству для стимула нужны куда более серьезные вещи.

Поэтому, когда мы видим, что власть в коммуникации с силовиками начинает прибегать к ресурсам, использование которых характерно лишь в работе на убеждение, напрашиваются как минимум два вывода.

Первый в том, что ресурсов на поощрение и наказание уже не хватает в полной мере чтобы полностью контролировать силовиков и быть уверенными в их абсолютной лояльности. Грубо говоря, дать особо больше нечего, а перспектива наказания, по всей видимости, пугает до паники далеко не всех (и надо попугать погромче — опять же, убедить).

Второй в том, что, по всей видимости, внутри власти появилась информация и «ашчушчэние», что среди сотрудников силовых органов количество пусть не «чужих», но и уже не «своих», то есть, сомневающихся, только растет — именно с такими работают на убеждение.

Так что, вышедший фильм, скорее, демонстрирует не совсем то, что хотели показать его режиссеры.

Артем Шрайбман, политолог, основатель Sense Analytics:

 — Все шутят про вчерашнее спецрасследование ОНТ, типа оправдывают многомесячной спецоперацией свои провалы со слитыми прослушками и массандрой. Мне показалось, что это глубоко вторичный момент. Аудитория госТВ все равно не сильно переживала про сливы, а сторонники протеста ожидаемо не поверили в эти многоходовки задним числом.

А вот главным в этом «расследовании» было то, что оно само было 60-минутной психологической операцией контрразведки. Красной нитью через весь фильм шел мэсседж в адрес силовиков — если предадите нас, вас кинет этот польский пацан, а у нас вы, как этот капитан из генштаба, будете плакать под камеру и ждать своих 20 лет за измену государству.

Если руководство силового блока вынуждено идти и занимать час прайм-тайма на ОНТ, чтобы поработать с лояльностью сотрудников, не все так гладко в датском королевстве, а внутренние стимулы — как кнуты, так и пряники — плохо работают. Приходится пугать публично.

P. S. Еще один интересный момент — то, что в эфир пустили откровения оппозиционного экс-спецназовца Макара про его связи с ФСБ. Не берусь судить, что это было: понтовался ли Макар, чтобы получить от собеседника какие-то сливы, или это правда (и тогда — это жирный красный флаг для всей диаспоры, которая с ним еще общается). Но интересно, что Минск решил слить это в публичное поле. Это к вопросу о всепогодном братстве и доверии в Союзном государстве.