Только поутихли споры о ЧКБ, как силовики вынесли на повестку новый «книжный» повод — в провластных телеграм-каналах появилась новость, что в Беларуси массово задерживают людей из-за фото, опубликованных в книге «Я выхожу». И все прошедшие выходные беларусы спорили в соцсетях о том, можно было или нельзя издавать такую книгу, новой этике, которая должна (или нет) появиться у беларуских журналистов, о том, кто виноват в репрессиях и почему на эту фотокнигу набросились вообще все — и силовики, и демократически настроенные беларусы. The Village Беларусь публикует главное из этого спора.

Как и когда появилась книга «Я выхожу»

Книга «Я выхожу» была издана в апреле 2021 года, а готова к печати еще в феврале. На тот момент в Беларуси было 325 политзаключенных, накануне, в конце марта 2021-го прошли массовые митинги ко Дню воли, после которого задержали сотни людей, а в целом за протестную активность на тот момент силовики чаще заводили административные, а не уголовные дела и самой популярной причиной для задержания было «политическое» сочетание цветов в одежде (и на балконе). Это случилось еще до полного разгрома независимых СМИ, посадки Ryanair с Протасевичем и массовых задержаний за комментарии.

Автор издания — Алексей Пирс, графический дизайнер, беларус, который живет в Польше. В pdf-версии книги, которую распространили в сети правозащитники, только фото, но у оригинала издания есть еще и текстовая часть, в которой автор рассказывает в том числе и о том, как создавалась книга. По его словам, фотографии присылали сами участники митингов и это было для него принципиально важным моментом:

«Я сделал несколько публикаций о том, как может выглядеть готовое издание, и информация об инициативе широко распространилась в социальных сетях. Было важно, чтобы участники митингов лично присылали фотографии. У чужих снимков из интернета слишком низкое разрешение, они защищены авторским правом, да и в целом их неэтично использовать. Безопасный процесс получилось организовать при помощи бота в Telegram. Бот описывал пользователю, какой формат фотографий необходим для печати и как правильно их загрузить», — говорится в книге. Это, конечно же, не означает, что все люди, чьи лица есть на фото, были в курсе, что их напечатают в книге.

По словам Алексея, на этапе сбора фото, ему прислали не меньше 6-7 тысяч снимков с протестов, из которых он отобрал около 350, которые и были опубликованы. Сразу после выхода книгу массово не критиковали, если о ней и писали в соцсетях, то в основном с благодарностью за «увековечивание нашей невероятной истории».

В июле 2021 года Светлана Тихановская во время визита в США передала книгу «Я выхожу» в библиотеку конгресса США. В 2022-м году книга переиздавалась.

Сейчас страница автора книги в инстаграм удалена, не работает и сайт, на котором еще недавно ее можно было заказать:

Первые новости в СМИ о том, что из-за фото в книге «Я выхожу» задерживают людей, появилась пять дней назад — когда стало известно о суде над двумя беларусами, на котором для доказательства их вины использовали фото из этой книги. На следующий день в провластных телеграм-каналах разлетелся ролик, посвященный книге, авторы которого утверждают, что опубликованные в ней фото стали «доказательствами» больше чем по 50 уголовным делам. В субботу, 24 декабря, правозащитники «Весны» со ссылкой на бывших арестантов ИВС на Окрестина сообщили, что там действительно находится много задержанных по фото с книги «Я выхожу» и что у силовиков есть PDF-версия книги, по которой они и идентифицируют протестующих.

В соцсетях же информация о том, что у кого-то задержали знакомых с привязкой к фотокниге начала появляться раньше — примерно в августе 2022 года. В октябре ролик о том, что по книге идут задержания, выпустил ютуб-канал «VIRUS» (позиционирует себя как «никем некупленный» блог) — в нем он обвинил демсилы и авторов фото в «сливе» людей со снимков и замалчивании ситуации с массовыми задержаниями.

Первый спор о том, нужна или не нужна книга с протестными фото в разгар репрессий возник в соцсетях в августе 2022 года, но был не таким массовым, как сейчас. Спорящие стороны при этом приводили примерно те же аргументы: одни говорили, что книга становится инструментом репрессий, поэтому она не нужна, другие — что эти фото и так есть в сети, а книга нужна, потому что нельзя дать режиму уничтожить и забыть историю 2020-го.

Новый виток споров, уже намного более массовый, случился в прошедшие выходные, после того как с подачи силовиков разлетелась информация о массовых задержаниях. В соцсетях появились десятки постов, в которых одни беларусы резко осуждают автора книги и фотографий и даже требуют их судить, а другие говорят, что история с книгой — информационная спецоперация силовиков, чтобы все беларусы снова разругались и разочаровались друг в друге. Ниже — приводим аргументы и эмоции обеих сторон.

Что говорят беларусы, которые резко осуждают книгу и винят ее авторов в соучастии в репрессиях

Что говорят беларусы, которые винят режим, а не книгу в репрессиях

Алексей Леончик

Сооснователь фонда By_Help

— Устаўлю я пару словаў пра кнігу «Я выхожу».

Калі вы асабіста лічыце, што аўтары кнігі дадаткова падставілі кагосьці тым, што апублікавалі гэтыя здымкі праз два гады пасьля беларускіх падзеяў — вы памыляецеся. За два гады з тэлефонаў арыштаваных і прачэсваньня грамадзкае медыйнае прасторы гэбня назапасіла такую колькасьць твараў у сваёй базе, што ніякая публікацыя ўжо амаль нікому не зашкодзіць. Можаце паверыць маёй шырокай практыцы.

А палітыка «не нашкодзіць» у нашай інтэрпрэтацыі вельмі часта была роўнай палітыцы «не рабіць нічорта». Я ня ведаю, чаму кніга выйшла менавіта цяпер. Магчыма, яе можна было не публікаваць увогуле ці адкласьці на пазьней. Аднак магу расказаць, што ў выпадку з BY_help некаторыя дабрадзеі нас абвінавачвалі з кожнай нагоды. Высылаем мы грошы на беларускія рахункі — «вы создаете ГБ базу пострадавших!» Не высылаем мы грошы на беларускія рахункі — «они сидят на собранном бабле!» А тое, што дадзеныя пацярпелых і так былі вядомыя мянтам, і што практыка высылкі на беларускія рахункі спынілася адразу пасьля замарозкі тых рахункаў — ніводзін з добрых крытыкаў не згадвае. Таксама ніхто не напіша, што практыка цкаваньня за атрыманьне грашэй ад БХ пачалася праз пару месяцаў пасьля той замарозкі, калі мы цалкам перайшлі не нябачныя спосабы разьлікаў, а да таго ніхто нават і не думаў, што за аплату штрафаў будуць перасьледваць.

Дарэчы, пра замарозку. Асабіста мяне часта абвінавачваюць у тым, што мы «зьлілі паўмільёны даляраў гэбні». І ніхто з дабрадзеяў-крытыканаў не завойкнецца нават пра тое, што імгненны розгалас спрычыніўся да вяртаньня 90% гэтай сумы.

Пздзць лёкка. Гэдак лёкка, як было даваць парады ў верасьні 2020 года, як працаваць хутка і выплочваць па 800 заявак на дзень. Толькі дарадцы так і засталіся дарадцамі. І з таго часу на фразу «трэба было рабіць іначай» у меня толькі адна рэакцыя. Аўтаматычная.

UPD. Важная парада ад маёй калегі.

«Единственное на чем бы очень хотелось сделать акцент — фотографировали всех и да, в книге 1/1000000 часть того что и так есть у ментов, НО если кто-то до этого сидел под веником и надеялся что он почистил соцсети и пронесет, то если он нашел себя в книге — то точно не пронесет, то есть это звоночек для человека, что не надо ждать — надо руки в ноги. Книга — это не шпаргалка для ментов, это пэндель для людей перестать тешить себя глупыми иллюзиями что их не найдут.»


— Адносіны да ўсяго гэтага яскрава ілюструюць эфект Нельсана Мандэлы. Кажучы сваімі словамі, эфект Мандэлы гэта аб тым, як у людзей фарміруюца ложныя ўспаміны пад уплывам знешніх навін. Напрыклад, Ельцін ніколі не казаў «Я устал». Ен толькі сказаў «Я ухожу». У беларусаў эфект Мандэлы раней яскравей усяго ілюстраваўся масавымі ўспамінамі, хто што рабіў 26 красавіка 1986 года — вось дакладна з раніцы да вечара, але на пытанне — які гэта быў дзень тыдню альбо што вы рабілі 26 красавіка 1987 года — здіўлены позірк. Відавочна, гэта ложныя ўспаміны, а дзень тыдня невядомы, таму што аб гэтым амаль нічога не пішуць у навінах і артыкулах аб успамінах іншых.

Дык вось, зараз у шмат каго ложныя ўспаміны аб тым, што калі было можна ў Беларусі. Ніхто, нават у самых глыбіных марах карацеляў у 2020 годзе і ў часткі 2021 года не думаў, што за выхад на дарогу аўтаматам будзе 342 УК. Болей — гэта стала магчыма, калі стала зразумела, што судзі і пракуроры гатовы на ўсе, гатовы выканаць любы загад. Немагчыма была такая колькасць фабрыкаваных прысудаў у 2020 годзе. Сістэма магла ў любы бок пайсці, і яна пайшла так, як пайшла зараз. І зараз з’явілася шмат правідцаў, якія, як у Драконе Шварца словамі бургамістра кажусь: «Трэба было ведаць!» І чым гэта адрозніваецца ад таго, з чым змагаемся? Гэта не аб тым, што людзьмі можна ахвяраваць. Людзі — найвышэйшая каштоўнасць, усе для людзей. Але калі гэта здарылася, пазіцыя «Раней трэба было ведаць» — гэта пазіцыя бургамістра і пазіцыя падтрымкі таго, хто гвалтам часова перамог, бо гэта нібыцам легімітызуе гэтае вар’яцтва ў працы «правасудзя». Гэты каліф на час вельмі рады, калі адны беларусы кажуць іншым «трэба было ведаць». Гэта яго ўзмацняе, а нас робіць слабее.

Какие вопросы у тех, кто еще не определился с позицией

Среди беларусов есть и те, кто пока для себя не понял, что черное, а что белое в этой новой реальности и предлагает определить это всем вместе через дискуссию.

— Помимо этой книги, в этом году издали 4 (четыре!!!!!!!) фотокниги под названием «Цвета белорусского протеста». Подробности можете посмотреть по ссылке, там же — фотография меня и моих друзей, которую опубликовали, конечно же, без нашего согласия.

Я очень рада, что все мы уже находились за границей после презентации этой книги. Знали ли об этом издатели? Убеждена, что нет.

(кстати, моя подруга уехала из РБ именно из-за этой фотки, просто испугавшись последствий. и видимо не зря)

Мне больно от того, что происходит. От безответственности моих сограждан. От этой вопиющей легкомысленности. Складывается ощущение, что люди просто делают деньги и славу, рискуя безопасностью беларусов. Я долгое время пыталась понять и оправдать авторов этих книг, но я больше так не могу и нуждаюсь в публичной дискуссии о сложившейся ситуации.

В личных разговорах об этичности публикации таких снимков я слышала следующие тезисы:

1) Эти снимки и так есть в публичном доступе в тг-каналах и других источниках, поэтому если людей с фотографий «хотели взять, то уже бы взяли».

(сравните время и усилия ресёрча телеграма того же «Белсата», где накопилось несколько тысяч снимков за 2 года, и 3 минуты листания готовой книги, где все подготовили за вас)

2) Человек находился в общественном месте, почему мы обязаны брать разрешение на публикацию? Он не модель, а просто стоял на улице.

3) Вообще-то это ответственность каждого, надо было понимать, чем ты рискуешь, выходя на улицу без масок!!! 1

(ну вот, правда, вы могли представить в августе 20-го, что этот пиз*ец затянется на столько лет? Кто вообще тогда думал такими большими отрезками времени и о том, что репрессии станут такими жесткими?)

4) Мы тут не при чем, у КГБ уже давно есть целые архивы всех фотографий!

5) — Ребята, а что если заблюрить лица на снимках, тем самым позаботиться о безопасности людей?

— Но тогда пропадёт дОкУмЕнТаЛьНаЯ цЕнНоСтЬ фотографий!!!! 11 Снимки с заблюренными лицами — это совсем не то!!!!! А мы должны продвигать повестку Беларуси во всем мире.

Я не понимаю. Я не понимаю. Я очень пытаюсь, но не могу этого понять.

Авторы этих книг находятся заграницей в безопасности и позволяют себе подвергать опасности людей, которые по каким-то причинам остались в Беларуси. Возможно, эти люди хотели оставаться там до последнего, но теперь им придется уехать, потому что каким-то супер документалистам захотелось показать всему миру, какие они классные, талантливые, смелые или что? Боже мой, искусство такое безграничное и разнообразное, что можно было найти десяток других способов продвинуть тему протестов в мире, скрыв личности героев.

И этот вопрос этичности и бережливости относится не только к этим фотокнигам. Работники бел СМИ тоже не стесняются публиковать вновь и вновь снимки людей с протестов. Свою фотку с друзьями, уже упомянутую выше, я встречала в телеграм-каналах, которая использовалась ради иллюстративности какой-то очередной новости о репрессиях. Изменился бы месседж, если бы вместо нее опубликовали фотографию, ну например, просто флага? НЕТ. Но и журналисты не беспокоятся о безопасности других. Как я слышала оправдание от одного издания: «Эти снимки сделаны нашими фотографами и мы имеем все права на их публикацию».

Я думаю, мы все понимали, на какие риски идем, выходя на протесты в 20 году. Но мы не могли знать, насколько ужасно обернутся репрессии, насколько они затянутся, как будет сложно, и что почти всем придется уехать. И куда теперь пропала взаимоэмпатия друг к другу, которая была тогда, в 20-м? Почему документалисты позволяют себе так грубо оправдывать свои действия, приводящие к задержаниям? Неужели им не плохо от постоянно увеличивающегося числа политзаключенных? Сколько можно?

Я не знаю, права я или нет. Расскажите мне, пожалуйста, что вы думаете об этой ситуации.

Помогите нам выполнять нашу работу — говорить правду. Поддержите нас на Patreon

и получите крутой мерч

Обсудите этот текст на Facebook

Подпишитесь на наши Instagram и Telegram!

Обложка: фото из фотокниги «Я выхожу»