Беларуский стендапер и маркетолог в IT Терентий Маринич стал невольным свидетелем акции ябатек в Уручье — раньше они там собирались приветствовать автозаки и ОМОН. Терентий не удержался и подошел с ними поговорить, свой разговор снял на камеру, а через пару дней его задержали и отправили на 45 суток. Теперь Терентий уехал из Беларуси и подробно рассказал в твиттере о том, как «конструктивный диалог» с ябатьками привел его на Окрестина. Публикуем его с небольшой редактурой и сокращениями.

1. Я поговорил со «сторонниками Лукашенко», угодил в пыточную на Окрестина, провел там 45 долгих суток из-за больной фантазии силовиков из Первомайского РУВД г. Минска, чудом вышел на свободу. Тред о пиз*еце в Беларуси. Распространите.

2. Меня зовут Терентий Маринич. Я занимаюсь стендапом, работаю маркетологом в сфере IT, и вы скорее всего меня не знаете. Впрочем, если вы из Беларуси, велики шансы, что вы видели как я пообщался с ябатьками на Уручье. «Натуральный Лох и Пятух» — так меня окрестила там бабуля.

3. О ябатькинге: Митинги оппозиции в Беларуси разгоняли ОМОНовцы. Каждое воскресенье «силовики» ехали из своей военной части по этой дороге, и ябатьки их приветствовали, махали флагами, мол: «Хорошо вам сегодня избить честных беларусов».

4. Сейчас уличных демонстраций нет, но за чарку и шкварку «защытники родины» собираются у дороги на Уручье на свою сходку, провоцировать людей. Работа такая у «элехтарата» проплаченного.

5. В самом «экстремистском» из каналов Беларуси — Нехта, видео, сделанное мной 25 апреля 2021 года возле ТЦ «Спектр» назвали «лучшим материалом из горячей точки», а меня окрестили «отважным подписчиком». Меня потом менты будут считать их корреспондентом. Но по порядку.

6. 25 апреля в обед я отправился на ст. м. Уручье, чтобы продать там фитнес-браслет, купленный мной неделей ранее. Положив вырученные деньги в карман (купил за 80, продал за 60 — бизнесмен!), я бросил свой взор вдаль и увидел их… Кучку людей с «национальным флагом».

7. Я потом неоднократно прокручивал этот эпизод в голове. «Пройди мимо, будут проблемы…» — подобные мысли даже не посетили мою голову. У меня не было ни единого шанса не пообщаться с «провластными митингующими». «Если уж этих бояться, то лучше вообще не жить».

8. В год, когда людей забирают с улицы в милицию за белые носки с красной полоской, другим можно стоять пьяненькими у дороги с красно-зелеными флагами, «приветствуя ОМОН». Как тут не поинтересоваться у привилегированных, как им живется?

9. Изначально я снимал, чтобы обезопасить себя от наговоров, лжесвидетельств о том, что я «бросался на людей, провоцировал и оскорблял их». Спойлер: не обезопасил.

10. Подробно описывать наше «общение» я не буду — видео говорит само за себя. Попытки построить диалог прерывались желанием «оппонентов» меня оскорбить, угрозами «пообщаться в другом месте» и мне «уехать на Окрестина».

11. Некоторых, впрочем было откровенно жалко — люди явно больны. Обозвавшая меня «лохам и пятухам» бабка, например, заметила: «У вас лицо не такое даже». Я иронично перевел камеру на плакат «Фашизм не пройдет» и поинтересовался у нее, кто еще судил о людях по внешним признакам.

12. Другие отрабатывают повестку — «Чарка-шкварка» явно спонсируется. Саша Леонов, безработный алкаш, источал резкий запах алкоголя и ревел немо: «На Акрэсцина захацел?». Я, честно, думал потом «на сутках», что этот момент станет мемом.

13. Наталье Гулидовой, воспитательнице детского сада, через месяц «бчбшники» высадят три окна. Если это не инсценировка ябацек, искренне сочувствую. Но мои родные почему-то радовались.

14. Елена «Курхинен» со своим каналом на ютубе бегает по всему пятачку, снимает всех, фото из видео с прохожими, которые возмущены не меньше моего, потом отправляет ментам «в разработку». Людей сажают на сутки.

Фото: соцсети Елены Курхинен

15. Хайпануло на ее канале только видео со мной, обычно это 100 просмотров и 50 комментов от ботов. «Свободу Мариничу» — так она назвала видос еще до того, как меня «посадили». 4.4К просмотров. Был у меня, кстати, однофамилец, замученный Лукашенко в тюрьме. Погуглите (Михаил Маринич — в 2001 году выдвигал свою кандидатуру на президентских выборах, но его не зарегистрировали. Вскоре был арестован КГБ, в тюрьме у него случился инсульт. Здесь большое интервью с его женой Татьяной Маринич, которая сейчас тоже попала под репрессии — The Viillage Беларусь).

16. В целом, что иронично, с их глаз я выгляжу все так же достойно, а они — истерично. Из их «лагеря» постарались только «Желтые сливы», смонтировав из моего 4-минутного «материала» 20 секунд без диалогов, якобы ябатьки с красно-зелеными флагами меня игнорировали. Ну да, ну да.

17. Никого из этих людей я не знал до того, как подойти к ним. Но познакомившись с их уровнем адекватности, не мог не поделиться видео с общественностью. По дороге домой, в метро, я сбросил видео в боты двух популярных тг-каналов — Степана Путило и Антона Мотолько. Шедевр собрал 130К просмотров в ютубе.

18. Дальше — мне написали несколько человек в инсте, мол, «Разъе*», «Классно потроллил», брат уточнил, как меня называть — «Отважный подписчик» или «Лох и пятух». Очевидно, в пользу чего был сделан выбор.

19. Потом я просто стал жить своей жизнью. Два дня. За мной приехали вечером 27 апреля…

20. Каждый вторник в баре «Жеваный Крот» проходит открытый микрофон. Я выступал там с новым материалом 10 недель подряд. В этот раз из-за загруза на работе сет был сыроват, да еще и в лайнапе я был первым… Явно грозило пошутить в тишину разок-другой. Но таков путь.

21. Я вышел из дома заранее, в 18.45 мимо проходил какой-то мужик с уж слишком плотно натянутой на лицо маской. Я еще подумал: «Космонавт, уж не за мной ли?». Потом списал все на паранойю, а зря…

22. Подойдя к остановке, я увидел маршрутку, но, решив, что приехать за 40 минут до мероприятия будет уж слишком рано, вместо того, чтобы сесть в нее, прочекал табло с расписанием троллейбусов. Поднял голову, увидел что до троллейбуса 5 минут.

23. Когда я опустил голову, вокруг меня уже было пятеро «шкафов», а перед 53-ей маршруткой стояла только что завернувшая туда «омоновская», без опознавательных знаков. Туда окружившие меня тихари и повели. Предварительно вырвав телефон из рук.

24. Врать не буду, первой реакцией было не облегчение, что сегодня вечер откроет не мое провальное выступление, и не бравада, мол, ну наконец за мной приехали, сейчас блесну своим остроумием. Первой реакцией была паническая атака.

25. «Колющережущие имеются?». «Что в пакете?». «Фамилия-имя-отчество», орали наперебой пятеро. Вместе с водителем впереди сидел единственный представившийся мне в дальнейшем «старший лейтенант какой-то», передо мной двое спиной к водителю, по обе стороны от меня еще по лбу.

26. А я все дышал, неровно, кислорода не хватало от паники — не каждый день тебя похищают, и пытался отвечать на их вопросы: «Что в портфеле? Есть ли колюще-режущие? Фамилия-имя-отчество?».

27. Колюще-режущих не было, портфель осмотрели — там был новый роман Джоан Роулинг на 1000 страниц, из которого я осилил к тому времени 70, да майка «Манчестер Юнайтед», захваченная мной для мини-скетча на сцене (хотел напомнить людям о рекламе Пепси с Бэкхемом»).

28. После шмона меня попросили снять ремень и шнурки, положить в портфель, туда же отправилась и мелочь — что-то около двух рублей монетами, а также пара банковских карт. Я потихоньку приходил в себя, нужно было представляться.

29. «Кто вы и что, я похищен? Где мой адвокат? Представьтесь если я задержан. Я не буду ничего говорить анонимным похитителям».

30. Тихарь с переднего сидения назвался старшим лейтенантом «таким-то», сержантик справа от меня «успокоил «меня своим «Не бойтесь, мы милиция». «Окей, раз ваш коллега с переднего сидения представился, меня зовут Маринич Терентий Александрович».

31. «Число-месяц-год рождения?» Я назвал. Тихарь с переднего сидения сказал, что я вру о том, кто я, и буду доставлен в отделение для выяснения личности. Я стал требовать адвоката, моего соседа слева, явно старшего группы, это подбешивало. И то, что я его перебивал. Не привык.

32. Немного о нем: явно какой-нибудь офицер или прапор, ел белые семки с солью, которые брал из пакетика на сидении передо мной. Туда же один из сержантиков пристроил «Дозор», снимавший меня. Плевал скорлупки семян в кулечек.

33. Нашей первой стоянкой было Московское РУВД, где мы постояли во внутреннем дворике минут 15, перед тем как не выходя поехать в Первомайское РУВД. Любителю тыквенных семян позвонил кто-то типа жены. На вопрос «Что делаешь?» тот ответил «Змагаемся. Делаем этот мир чуточку чище».

34. Я нарочно вертел головой и слабо реагировал на их замечания «смотреть прямо», но на рожон тоже не лез. В Московском желающих меня оформлять не нашли, но и искали недолго.

35. Я сидел максимально удобно для меня, слегка вытянув ноги, и не подумал даже их убрать, когда сосед слева решил выйти, чтобы пообщаться со своей благоверной без свидетелей. По ногам он меня не ударил, но подвинул их, наверное, даже с каким-то уважением, не сказав ни слова.

36. Пока мы сидели и ехали помимо стандартных вопросов, уточняющих личность и обеспечивающих безопасность (есть ли с собой нож) меня спросили только «Служил?» и «Что значит тату?».

37. «Служил» «Какие войска?» «Те, в которые годен был, транспортные». Чел, который сидел напротив меня слева остался удовлетворен ответом. Я еще с ним потом в гляделки поиграл. Он в маске был (как и все они), я сделал вид, что пристально смотрю на него и запоминаю.

38. Он вопросительно кивнул, мол, что зыришь? Я покачал головой, мол, смотрю просто так. Этот же силовик спросил, что значит мое тату. На правой руке у меня набито число 21. Я сделал тату 2 января этого года, чтобы смотивировать себя. Глупо, наверное.

39. Сейчас, к августу, меня уже уволили по различным причинам из 4 компаний (до этого года ни разу не увольняли), прервались мои романтические отношения, бонусом пришли 45 суток в «тюрьме» и вынужденная эмиграция из страны. Разумеется, к тому моменту я не знал и половины…

40. Маршрутка прибыла в конечный пункт назначения: Первомайское РУВД. Я спросил перед выходом, забирать ли мне свои вещи. Тихари ответили: «Конечно, нам ваши вещи не нужны». Я еще подумал: «А ху*е вам вообще что-то от меня, законопослушного гражданина нужно?».

41. Первомайское РУВД расположено в бывшем здании школы. Страшно осознавать, что заведение, построенное для того, чтобы наполнять умы знаниями теперь используется для того, чтобы там пытали людей.

42. Двое из «маршрутки» провели меня в один из коридоров на первом этаже, где передали чуваку, который завтра будет врать про меня в суде — Денису Евменчику. На тот момент я этого не знал еще, конечно. Он был одет по гражданке. Также там были люди в форме.

43. «Маршрутчики» ушли дальше нести позорную службу, Евменчик же приковал меня наручниками к лавке в коридоре и исчез в кабинете, где он и другой в капитанском мундире начали, судя по звукам, копошиться в моем телефоне. Мне звонили пару раз, узнал это по рингтону.

44. Через пару минут Евменчик вышел, попросил пересесть на лавку подальше, очевидно, чтобы я не слышал их «следственных действий». Я отнесся к этому спокойно. Моя мобила не была даже запаролена. Я считал, что скрывать мне нечего. Сел максимально удобно, вытянул ноги и ждал…

45. Через минут 5 капитан, которого, как я потом узнал, назначат курирующим мое наказание — фамилия Щеткин, решит переодеться (лучше бы переобулся). Проходя мимо меня, сидящего в коридоре, он пнул меня по ногам с фразой: «Сядь нормально, не дома».

46. — Ведите себя корректно, товарищ капитан.

— Пошёл на *уй.

Именно таким было мое первое общение с ним. Через минут 20 он меня еще и дебилом назвал.

47. Он надел костюм на два размера больше, чем следовало, переместился в кабинет перед моей лавкой и по телефону долго отчитывал нерадивую сотрудницу, за то что та неаккуратно положила юбку и прочую хе*ню. Якобы у них завтра проверка, а тут такое. Кто о чем, а эти о шмотках.

48. Пришел какой-то майор, спросил, буду ли я буянить, если меня освободят от наручников. Меня вопрос удивил, ведь до того я вел себя максимально спокойно, с хе*а ли начинать? Сказал, что нет, меня расковали и повели в комнатку возле входа в РУВД.

49. Майор был первым, кто ответил на хоть какой-то из моих вопросов. «За что я задержан?» «Мелкое хулиганство». Я в тот момент не особенно знал, административное это правонарушение или уголовное, но был твердо уверен лишь в том, что совершил я его на Уручье.

50. Пока майор распечатывал протоколы, с которыми меня и не собирались «ознакамливать», я расписался за опись моих вещей — она была составлена верно. В комнатку залетел «мущинка» в костюме — тот самый Щеткин. «Сейчас мы с тобой видео запишем»…

51. «Что за видео у Вас на телефоне?» — резко перешел он на официально-деловой тон, после того как включил камеру. «Б*ядь!» — а не, все-таки не включил… Со второй попытки он все-таки справился с задачей, и съемка пошла. Он повторил вопрос.

52. — Какие видео? — уточнил я.

— Те, где вы подходите к людям с национальной символикой, как они оказались на Вашем телефоне?

— Я их снял, как же еще?

— Кого на этих видео вы называете лошками-петушками?

Я чуть не рассмеялся. Ну всем же понятно кого.

53. «Да кого-кого. Людей, которые меня окружили. Проститутки, овцы, их так „прэзидент“ называет, кажется». Майор на заднем фоне рассмеялся в голос. Щеткин побагровел, остановил съемку и как обиженный ребенок выпалил: «Дебил ты!». После этого вылетел из кабинета.

54. «Чего это он меня оскорбляет?» — поинтересовался я у майора. потом немного погодя спросил: «Вот вам не обидно, какой-то алкаш из этих видео угрожал мне поездкой на Окрестина, а вы, целый майор, теперь выполняете его волю?» «Не понимаю о чем это вы» — ответил майор. Ну-ну.

55. После оформления документов меня отвели в «обезьянник», посадили в камеру с полубомжом с раненой рукой в вазелине. Я был в белой рубашке и, хвала богам, зимней куртке. Это было прям супер, потому что ночь на бетоне была холодна, и спалось едва ли.

56. Эта «комнатка» специально сделана так, что удобное для сна положение ты не займешь: используешь обувь для того, чтобы подложить под голову кроссовок вместо подушки — замерзнут ноги, не используешь — голова будет висеть. Бетонные ступени очень холодные, в общем, неприятно.

57. С утра открылась дверь, показали на меня сменщику и сказали: «Это 19.1. Щеткина человек. Щет-ки-на». Про бомжа тоже что-то сказали, но я фокусировался больше уже на том, что я чей-то человек. Дожили. Часов в 10 утра меня и парочку доходяг из соседних камер повезли на суд.

58. Мне отдали мой желтый рюкзак с вещами, двое конвоиров, сержанты что ли, вывели во дворик и повели меня, кульгавого ветерана Афгана и еще одного пропойцу к газельке. Водила-частник явно был не в восторге, что его транспорт понадобился ментам, и просил все сделать быстрее.

59. «Сейчас всем штрафов дадут и отпустят, ” — пророчил конвоир. Мне в такой исход дела не верилось. Хотелось в туалет и справедливости. Афганцу нужно было после суда отметиться у участкового. Он застрял из-за меня.

60. Меня завели в кабинет судьи. Там была, как я позже узнаю, героиня «Черной книги Беларуси» Лейковская Анастасия Михайловна и её секретарь. Когда меня спросили о ходатайствах, я затребовал адвоката. У меня был заключен договор после моего первого задержания в сентябре 2020.

61. «Если у Вас не заключен договор с адвокатом, то…» — пыталась соврать судья о том, что адвокат, мол, мне не положен. «Заключен, от 6 сентября». Фамилию и телефон адвоката я вспомнить не мог. Сказал телефон брата, мол он все знает. Сказали ждать за дверью.

62. Секретарь потом уточнила, адвокат Тарасюк обещала подъехать к 12. Афганец чуть не умер — курить его не отпускали, уже отсудили, а тут еще час ждать! Я тоже не о*ереть как обрадовался, в туалет добрый конвоир меня тоже заартачился отпускать. Дела, блин.

63. К 12 появилась Наталья Игнатьевна, мой адвокат. Она поприветствовала меня словами: «Ну тебе будут сутки, ты же понимаешь?» «Конечно понимаю». И это еще до изучения материалов дела. Кое-что о том, что привело к задержанию ей рассказал брат, насколько я мог судить.

64. Я передал ей ключи от съемной квартиры, записал на диктофон кое-какие сведения для брата, типа пинкода от карты, куда должна будет через 3 дня прийти зарплата и паролей от кое-каких соцсетей. В общем, в этом отношении то, что у меня был адвокат, мне очень сильно помогло.

65. Прикол: ознакомившись с материалами дела, адвокат сообщила мне — ба, да хулиганил-то ты в РУВД оказывается! Я чуть в голос там не рассмеялся. Эти неудачники не смогли найти крамолы в том видео с Уручья, они полностью придумали мне преступление.

66. Вину, я, конечно, не признал. Адвокат требовала видео из РУВД — камеры в том коридоре не работают. Ахаха, как удобно. Меня попросили подойти к компу после того, как по скайпу вызвали свидетеля — того самого мента Евменчика.

67. «Ну он там матерился, я сидел работал. Вышел — буянит. Он кричал и даже бил ногами по двери». В такой бред сложно поверить, никто и не пытался. Я спросил у него, как я мог бить по двери ногами, если дверь была открыта а я прикован им к скамейке наручниками…

68. «Я спецсредства не помню чтобы применял, ” — сказал Евменчик. «Товарищ судья, наручники — это спецсредства?» — спросил я. «Да». «Ну тогда он врет, как и во всем остальном. Товарищ старший лейтенант, вам не стыдно?» «Вопрос снимается, парировала судья.

69. Когда мне дали 15 суток, я улыбался, не унывала и мой адвокат. А вот судья Лейковская и ее секретарша почему-то потупили глазки. Девчонка-волонтер записала данные в блокнотик, чтобы потом разместить инфу онлайн.

70. Меня же конвоировали обратно к газельке — там чел возмущался: «Б*яць, у 11 должен был уехать, уже скоро два часы!» «Ой, ты три часа подождал, а мне 15 суток ни за что дали, ” — буркнул я. Тот захлопнул варежку и отвез обратно в РУВД. «Все все понимают».

71. Новый дежурный был поадекватнее. Он еще раз меня прошмонал, разрешил сходить в туалет (наконец-то!!!) и даже переодеть пропитанную потом белую рубашку на майку МЮ из моих вещей. Стало покомфортнее.

72. «Так а за что тебя на 15 суток?» — спросил он. «Да у вашего старлея Евменчика фантазия разгулялась, якобы я тут у вас вчера буянил». «Не, а реально за что?» — даже дежурный не верил в ту *уйню, что сочинили Щеткин с Евменчиком. «Тебя через пару часов заберут на Окрестина».

73. Забрали меня в 6 утра. Приходил чел из следственного комитета, обещал по 15 суток за каждый репост экстремистского канала в телеге, интересовался, давно ли я работаю корреспондентом у Степана Путило и Антона Мотолько, сколько они платят и такая вот чушь. Пофоткал меня, это они любят.

74. Впереди у меня 43 дня практически безвылазного сидения в камере.

Помогите нам выполнять нашу работу — говорить правду. Поддержите нас на Patreon

и получите крутой мерч

Обсудите этот текст на Facebook

Подпишитесь на наши Instagram и Telegram!

Текст: Терентий Маринич

Обложка: Taylor Simpson