В соцсетях и некоторых даже негосударственных СМИ высказывается идея, что протест заглох, сдулся, если говорить языком пропагандистов. Мол, прошел ВНС, но никто на улицы не вышел, значит, власти на этом этапе удалось победить. Исследователь Владимир Мацкевич объяснил, что сейчас происходит и с беларуским протестом и что делать беларусам, чтобы наконец-то победить. А The Village Беларусь собрал несколько убедительных доказательств, что протест никуда не делся.

Владимир Мацкевич

Философ, методолог, общественно-политический деятель

— Протест не слился, он ушел в тень.

Не могу себе представить, что хоть кто-то из сторонников Бабарико, Тихановской и остальных кандидатов полюбил Лукашенко и стал сторонником режима.

И все, кто был возмущен наглой фальсификацией, хоть и не интересовался раньше политикой, поменял свое мнение под воздействием репрессий. Испугался, да, может быть, но не стал сторонником режима.

Репрессии, ложь, экономические провалы, церковные выкрунтасы — все это только ведет к пополнению противников режима.

Численно протест растет, но становится тише и глуше.

Глухой протест — все равно протест.

Это как тлеющий огонь, он затухает и вспыхивает.

Перегрев в обществе колоссальный, вспыхнуть может в любой момент.

Но протест стерт из информационного пространства.

Глухой протест виден только исследователям, невооруженным взглядом его трудно обнаружить. Именно поэтому для большинства были неожиданными события лета 2020 года. Тлеющий протест выплеснулся на улицы и стал виден всем.

Летний и осенний протест был обозначен знаками и символами.

Традиционные для оппозиции цвета и символы сделали протест видимым в информационном пространстве на экране массового сознания.

Режим ничего не мог сделать с протестом, ни погасить его, ни уничтожить. Но взял курс на то, чтобы стереть его с экрана массового сознания.

Информационная война — это не только ложь, льющаяся с экранов телевизора.

Информационная война — это контроль экрана и управление информацией.

Борьба с флагами на улицах, на балконах и в окнах, с новогодними гирляндами в цветах национального флага — это все направлено на то, чтобы сделать протест невидимым в информационном пространстве.

Зачем?

А за тем, что в современном мире существующим считается только то, что присутствует на экране массового сознания, то есть в СМИ, включая интернет.

Если нет флагов на экране, в СМИ, не видно их в окнах квартир, то можно говорить, что и протеста нет.

И на кого-то это действует.

Сторонники режима ходят по улицам, ездят в общественном транспорте, и видят — нет протеста.

Но и протестующие, не видя знаков и символов, начинают думать, что их стало мало.

Напомню главные задачи информационной войны:

— Деморализация противника, подавление его воли к борьбе, подрыв надежды на победу;

— Активизация и мобилизация своих сторонников, внушение сторонникам уверенности в победе, демонизация или дискредитация образа врага в зависимости от стадии разворачивания войны.

Режим демонстрирует свою силу и мощь, добивается того, чтобы в эту силу уверовали как его сторонники, так и противники, то есть, мы.

Режим добивается того, чтобы о силе и мощи его писали и независимые СМИ.

Объявляя наши символы и знаки экстремистскими режим вызывает ненависть к ним у своих сторонников, стимулирует их ярость.

Эта ярость и ненависть к нашим символам должна вынудить нас прятать их, бояться их демонстрировать.

Информационная война ведется в сознании и за контроль над сознанием.

Человек (сознание) есть мера всех вещей, существующих в том, что они существуют, несуществующих в том, что они не существуют.

В данном случае нас интересует такая вещь, как протест.

Есть протест, или нет протеста?

Где та мера, где тот человек, который скажет, как оно на самом деле?

Если стереть знаки и символы протеста с экрана массового сознания, то протест исчезнет и из индивидуального сознания каждого беларуса.

Такова цель этой информационной войны.

Но это не происходит автоматически.

Сейчас протест есть.

Молчаливый, тихий, глухой протест неэффективен.

Есть-то он есть, но его никто не боится, пока он не переходит в активную стадию, не выплескивается с кухонь на улицы, в публичные пространства.

Авторитарные диктатуры не дотягивают до тоталитарных, он не могут полностью контролировать сознание людей.

Режим не может изменить мнение беларусов о себе самих, и о режиме.

Он может добиться только того, чтобы каждый беларус держал свое мнение при себе, не демонстрировал его публично.

Протест имеет смысл только тогда, когда он предъявляется публично.

Режим боится публичного протеста, мы же должны вернуть протест на улицы и в публичные пространства.

А главное — в информационное пространство.

И начинать нужно с информационного пространства.

Но, флаги хороши на улицах, на видных местах, на домах, балконах и окнах.

В СМИ, в интернете, в чатах этих символом мало.

Там нужны идеи, слова, тексты, имена и лица.

В уличном протесте важна масса — количество протестующих и длительность протеста. Лица в массе не различимы, и не имеют принципиального значения.

В СМИ и интернете важно другое — идеи, авторы идей.

Глупо фотографировать лица протестующих, бастующих, называть их имена — это будет подстава, добровольная помощь карателям.

СМИ выкладывают идеи, тексты, манифесты, декларации. Но анонимные тексты бесполезны. Точно так же и тексты, подписанные никому не известными авторами.

СМИ создают лидеров мнений — ЛОМов, авторитеты и рейтинги.

И привлекают внимание к идеям ЛОМов.

Лидеры общественного мнения становятся лидерами протеста, а потом и политиками.

И это важно.

Важно понимать, что никакой протест не приводит к победе. Протест — это выражение несогласия с каким-то явлением или порядком вещей.

Изменить порядок вещей протестом нельзя.

Изменение порядка вещей — это Революция.

Если с протестом разобрались, самое время разобраться с тем, есть ли у нас Революция?

Мерой всех вещей является человек. Существует ли Революция в стране, или не существует — ответ на этот вопрос нужно искать в сознании. В общественном сознании.

Но общественное сознание — это то, чем наполнен экран общественного сознания, информационное пространство.

А информационное пространство наполняется авторами, ЛОМами.

Это лидеры общественного мнения выносят на экран общественного сознания идеи, предложения, мнения, оценки происходящего. Они пишут на этом экране тексты. Да, и картинки тоже рисуют.

ЛОМы, становясь лидерами протеста, политиками и лидерами революции, разыгрывают на политической Сцене эту самую Революцию.

Если на экране массового сознания, на политической Сцене разыгрывается Революция, то зрители и наблюдатели, граждане страны Беларуси видят, что РЕВОЛЮЦИЯ ЕСТЬ, она существует.

И за разыгрыванием Революции можно следить на Сцене, а значит, разворачивать ее и на Арене — в пространстве реальности и действительности.

А что мы имеем сегодня?

Что у нас происходит на экране массового сознания?

Там присутствуют ЛОМы, такие как Максим Кац, например. Не буду называть других пока.

Давайте признаем, что Кац — лидер общественного мнения в Беларуси.

А есть у Каца возможность стать лидером протеста?

А из лидера протеста стать политиком и лидером — деятелем Революции?

Нет, конечно. У него и желания такого нет.

Что ещё у нас на экране массового сознания? Кто там авторы и действующие лица?

Там множество жертв режима.

Там множество комментаторов происходящего.

Там есть раскрученные лидеры протестов, которые либо сидят в тюрьмах, либо их вынудили к эмиграции.

Но на экране массового сознания в СМИ важны идеи, тексты, предложения, а не только лица и имена.

Идеи чего?

Идеи того, как нам победить, сменить репрессивный режим на демократический.

Кто-то увлёкся написанием проекта новой конституции. Это то, что может быть принято после того, как мы победим. Дело нужное, но никак не отвечающее на вопрос, как победить.

Кто-то рассказывает, что будет в стране, когда режим рухнет.

Отлично, нам нужны люди, знающие, что будет, после того, как что-то будет.

Но нам нужно сначала победить.

Так в чем проблема с экраном массового сознания, с информационным пространством, с информационной войной?

Там нет Революции.

Там нет идей и предложений, как нам победить.

Предложение протестовать есть.

Но мы же выяснили, что побеждает не Протест, а Революция.

Я утверждаю, что Революция в стране случилась, она идет.

Революция всегда начинается в сознании. Там она и началась.

Но не только в индивидуальном сознании — в общественном сознании.

И там Революция должна быть видна, она там должна разворачиваться и разыгрываться.

На Сцене политической борьбы разыгрывается Революция, и Протест на улицах и везде — это Арена нашей Революции.

На Арене сейчас ничего не видно.

Зима, люди сидят по домам, флаги спрятаны в шкафах, протестные разговоры ведутся в чатах непублично.

А на Сцене бардак, тусняк, гул разных голосов вразнобой бубнящих все, что только-что пришло в голову.


За последние несколько дней в Беларуси случилось несколько ситуаций из разряда «ну хоть какая-то хорошая новость посреди мрака», убеждающих в том, что протестующие беларусы, которые сотнями тысяч выходили на улицы, никуда не делись.

Беларусы действительно массово не вышли на улицы в дни проведения ВНС — силовики и автозаки гоняли по центру Минска вхолостую. Зато в день, когда стартовал суд над Виктором Бабарико, 17 февраля, в разных районах Минска случились массовые вечерние дворовые Марши. До такой степени заметные и вдохновляющие, что МВД на следующий день пришлось объявить эти Марши фейком с феерической аргументацией: мол, ОМОН выехал по всем указанным адресам и не обнаружил никаких протестующих:

Вчера торговая сеть «Виталюр» проводила розыгрыш призов, ведущий набрал рандомную победительницу, чтобы сообщить ей о выигрыше автомобиля, но для начала поинтересовался, о каком выигрыше мечтает эта рандомная беларуска. Женщина сказала, что больше всего она сейчас желает «свободы народу» — это было первое, что пришло ей в голову. «Наша Нива» выяснила, что беларуску, вдохнувшую надежду во всех, кому стала известна ее история, зовут Наталья, она работает в БГУ на кафедре клеточной биологии и биоинженерии растений. Сама она и ее близкие физически не пострадали от действий режима, но ее возмущают несправедливые суды, беззаконие и правовой дефолт и Наталья действительно мечтает о свободе для беларуского народа.

Также вчера произошла еще одна вдохновляющая история и даже не в Минске, а в Сморгонском районе. После оглашения очередного несправедливого приговора в суде несколько десятков человек в коридоре начали скандировать «Жыве Беларусь!», чем сильно взволновали председателя суда и тот вызвал ОМОН. Части этих героев, кстати, удалось сбежать в окно, остальных отвезли в милицейский участок. Что все это, если не живой протест?


Обложка: REUTERS/TUT.BY


Обсудите этот текст на Facebook