Скоро будет полгода, как самолет с Романом Протасевичем на борту приземлился в Минске. Вскоре после этого в своем скандальном интервью госканалу ОНТ Роман назвал фамилии людей, которые, по его мнению, координировали протесты. The Village Беларусь поинтересовался, что стало после этого с теми людьми и что вообще сейчас известно о самом Протасевиче.

Что сейчас с Романом Протасевичем

С момента задержания Романа Протасевича прошло больше пяти месяцев. Первое время после этого он постоянно мелькал в медиапространстве: госСМИ брали у него интервью в студиях, в городе и даже приглашали на официальные мероприятия. Протасевичу позволили «воскреснуть» и в соцсетях. Выглядело так, как будто власти собираются применить к нему полную «схему Воскресенского», сам Лукашенко говорил еще в августе, что Роман «сейчас практически на свободе», но что-то видимо, пошло не так. Или просто скандальный потенциал Протасевича сдулся.

Личные соцсети Романа умерли два с половиной месяца назад (последний пост в твиттере был 18 августа), а его новый медийный проект в Telegram кое-как просуществовал три недели и тоже почил. Появляться в сюжетах госСМИ Протасевич тоже давно перестал. В сентябре мать Романа рассказывала, что не знает, где сейчас живет ее сын, но родителям он говорит, что живет вместе с Софьей Сапега. Из этого укромного места Романа сейчас никуда не выпускают, прогулки запрещены, с родителями он списывается в телеграм раз в два дня. Его сестра время от времени делает передачи брату, но возможности увидеть его у нее при этом нет — пакеты забирают определенные люди в оговоренном месте.

Последний официальный комментарий по делу Протасевича тоже прозвучал в сентябре. Начальник управления Следственного комитета по Минску Сергей Паско рассказал, что его делом занимается СК и это не отдельное дело, а большой 600-томник, в котором находятся материалы по Роману Протасевичу, Степану Путило, Эдуарду Пальчису и «группе анархистов». «Мы планируем в ближайшее время, в ближайшее время — это месяц, может быть, полтора мы окончим расследование по этому уголовному делу, оно будет направлено в суд», — сказал представитель СК, но не уточнил, какое именно дело имеет в виду — весь 600-томник или отдельно анархистов.

Что произошло с людьми, имена которых Протасевич назвал в скандальном интервью госканалу

Интервью с Романом Протасевичем на телеканале ОНТ состоялось через 10 дней после его задержания, к тому моменту официальные обвинения ему еще не предъявили. За несколько дней до интервью и после него (11 дней в сумме) к Протасевичу не пускали адвоката. Во время интервью по просьбе ведущего Марата Маркова Роман назвал имена людей, которые, по его словам, занимались «координацией протестов» в Беларуси в закрытом чате LOVEHATA:

 — «Основатель Nexta Степан Путило, члены редакции Nexta Ян Рудик и Тадеуш Гичан, Франак Вячорка и Анастасия Рогатко, блогеры Антон Мотолько, Евгений Малаховский, «который работал в основном с дворовыми чатами и инициативами», Эдуард Пальчис (с женой Викторией), Даниил Богданович, политолог Артем Шрайбман, медиаменеджер Дмитрий Навоша, экс-следователь Евгений Юшкевич, журналист Ян Авсеюшкин, Мирослав Чигир, «который работал одно время на БГМ, последнее время занимался какими-то расследованиями совместно с ЧКБ».

«Это был главный координационный чат уличных протестов и информационной войны», — сказал Протасевич.

Большинство людей из этого списка на момент выхода интервью уже были на языке у пропагандистов, некоторые — в СИЗО или раньше задерживались, другие — в вынужденной эмиграции. Но есть в этом списке и те, кто до интервью особо преследованиям не подвергался и продолжал жить и работать в Беларуси. Например, политаналитик Артем Шрайбман, жизнь которого в буквальном смысле разделилась на «до» интервью Протасевича и «после».

Утром 3 июня Шрайбман в интервью рассказывал, что не чувствует прямой угрозы ареста и поэтому до сих пор в Беларуси, а уже вечером спешно собирал чемодан и выбирался из страны. Хотя участие в чате Артема, по его словам, никакой сенсацией не было, и еще за полгода до ареста Протасевича список участников чата с его фамилией показывали на ОНТ. Тем не менее после интервью Протасевича Артем спешно уехал, заметив до этого «что-то похожее на наружку» у своего дома. Отношение пропагандистов к политаналитику с тех пор тоже заметно поменялось. Если раньше они относились к «заблудшему политологу» как будто даже с легким уважением и заигрывали, выдергивая из контекста тезисы Артема, чтобы его словами убедить подписчиков в своей правоте, то с июня 2021-го Шрайбман звучит в повестке госСМИ исключительно рядом с такими выражениями как «гнида», «подонок», «больная голова», «беглый клоун» и т.п. Тем не менее, Артем до сих пор не стал фигурантом никакого уголовного дела. Выглядит так, что «слив Протасевича» повлиял только на градус ненависти пропагандистов в отношении Артема.

В «списке Протасевича» есть еще два человека, которые на момент выхода интервью были формально в Беларуси. Формально — потому что они уже несколько месяцев до этого сидели в СИЗО и продолжают там сидеть и сейчас. Это блогер Эдуард Пальчис и экс-следователь Евгений Юшкевич. После интервью, 30 июня. Юшкевичу предъявили обвинения по двум новым статьям — ч. 1 ст. 342 (организация и участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок) и ст. 293 УК (призывы к насильственным действиям). Но нельзя утверждать, что новые обвинения возникли благодаря слитой Протасевичем силовикам информации. Хотя в августе провластные телеграм-каналы назвали Юшкевича администратором телеграм-канала «Чёрная книга Беларуси» и «коллегой по цеху» Софьи Сапега. В доказательство опубликовали скрины переписок.

Судьбоносных новостей об Эдуарде Пальчисе после интервью не было, на его медиапопулярность в госСМИ этот факт тоже никак не повлиял. Однако в окончательном обвинении, которое ему предъявили четыре месяца спустя, есть те же статьи, что и у Юшкевича — ст. 342 и 293 УК. Жена блогера Виктория уехала из Беларуси еще в сентябре 2020-го, вскоре после ареста мужа. Никакого интереса у провластных СМИ и силовиков она ни до интервью Протасевича, ни после не вызывала.

Еще один человек, чей медийный статус на время взлетел после задержания Романа Протасевича и Софьи Сапега, — Даниил Богданович. Провластные телеграм-каналы поторопились шокировать своих подписчиков сенсацией еще за несколько часов до выхода интервью и объявили Богдановича главой «Черной книги Беларуси», который действовал под юзернеймом John. Хотя днем ранее поторопились обвинить в администрировании телеграм-канала ЧКБ под юзернеймом John Сашу Романову, директора KYKY и The Village Беларусь. Во время интервью на Даниила ртом самого Протасевича повесили его «предательство» и посадку самолета Ryanair в Минске. Невероятно, но факт: за громкими обвинениями никаких «правовых» решений не последовало. После 3 июня пропагандисты больше не вспоминают о Богдановиче и фигурантом уголовного дела он до сих пор не стал.

История Евгения Малаховского, которого Протасевич в своем интервью связал с дворовыми чатами и инициативами, на этом фоне пустых обвинений пропагандистов ради инфошума, выглядит немного нестандартно. Хотя нельзя утверждать, что именно слова Романа существенно повлияли на его историю. Малаховский — руководитель сообщества «Это Минск, детка!», которое начало освещать протестный движ, когда это еще не было мейнстримом. В январе 2020 года Малаховского вызвали на допрос в ГУБОПиК, где ему предложили сотрудничество и сказали, что на него могут якобы завести уголовное дело «за разжигание межнациональной розни», имея ввиду освещение акций протеста против интеграции с России. О роли Малаховского в протестах после выборов 2020-го ничего неизвестно, но, судя по его соцсетям, в ноябре 2020-го он уехал из Беларуси в Украину. После интервью Протасевича имя Малаховского не фигурировало в госСМИ вообще. Но две недели назад, 20 октября, когда Евгений собирался вылететь из Братиславы в Киев, его задержали в аэропорту, правда, быстро отпустили. Как позже выяснилось, задержание случилось по запросу от Европола, европейской полиции с базой в пределах ЕС, потому что Германия ввела на данные Малаховского красную карточку. Что конкретно это значит, журналисту не объяснили, что намекнули, что при следующей попытке въехать в ЕС, его могут уже так быстро не отпустить. До сих пор точно неизвестно, замешаны ли в этой истории беларуские силовики.

Все остальные (за небольшим исключением) люди, перечисленные в списке Протасевича, — Степан Путило, Ян Рудик, Антон Мотолько, Франак Вечерка — еще до этого интервью стали любимчиками беларуских силовиков и пропагандистов и оказались в списках поинтереснее, чем у Протасевича, например, в списке террористов. Из этих людей арест Протасевича очевидным образом повлиял разве что на Яна Рудика, который стал главредом телеграм-канала БГМ вместо Романа.

Любители теорий заговора, возможно, смогли бы рассмотреть взаимосвязь между скандальным интервью Протасевича, который назвал имя Дмитрия Навоши и историей, которая после этого развивается вокруг его проекта «Трибуна». Прямо в день выхода интервью Протасевича был задержан автор Youtube-канала «ЧестнОК» и журналист Tribuna.com в Беларуси Александр Ивулин, а сайт «Трибуны», заблокированный еще в августе 2020-го, и его страницы в соцсетях 6 августа 2021-го беларуские власти признали экстремистскими. Месяцем позже «экстремистским» объявили и телеграм-канал издания KYKY, где Анастасия Рогатко, тоже прозвучавшая в интервью Протасевича, — главред. Но, нам кажется, что связывать эти события с «эффектом Протасевича» не стоит, ведь «экстремистскими» в Беларуси теперь стало даже сообщество «мушкетеров», о существовании которого Протасевич вряд ли знает.

Самая загадочная личность из списка Протасевича — Мирослав Чигирь. Парню всего 19 лет и о его родителях — Александре и Дануте Чигирь — известно больше, чем о нем самом. Александр — бывший депутат Бобруйского горсовета, протестный потенциал которого раскрылся, когда это еще не было мейнстримом. В 2006 году он в центре Бобруйска приковал себя цепями к столбу в знак протеста против увольнения из школы, которое он связывал со своей активной гражданской позицией — Чигирь возглавлял региональный штаб кандидата в президенты от демократических сил Александра Милинкевича. После этого Александр работал журналистом и жил в Беларуси. А его дети — Алиса и Мирослав — еще до выборов 2020-го уехали учиться в Польшу. Отца Мирослава не раз задерживали и отправляли на «сутки», в том числе во время послевыборных протестов.

Ни до интервью Протасевича, ни после имя Мирослава не звучало в госСМИ. Точнее, сразу после интервью пропагандисты посвятили ему единственный пост, в котором назвали Мирослава администратором телеграм-каналов МКБ и ЧКБ (хотя сам Протасевич говорил о его сотрудничестве с БГМ, а не МКБ). Но основную часть этого поста они все равно посвятили его отцу Александру, который, очевидно, волнует пропагандистов больше, чем сам Мирослав. По их же информации, Александр с женой Данутой выехал из страны в какой-то момент послевыборной истории, вероятнее всего, это случилось еще до интервью.

Чем именно сейчас занимается сам Мирослав точно неизвестно — его соцсети еще более мертвые, чем у Протасевича. А гугл помнит только его детские видео и фото.

Но судя по тому, что пропагандисты о нем сразу же забыли, можно предположить, что никаких особых последствий попадание в «список Протасевича» для него не имело.

Несмотря на то, что делу Протасевича еще далеко до развязки, сейчас, спустя 5 месяцев после его ареста и скандального интервью, выглядит так, что «слив», озвученный на ОНТ был исключительно медийным, пропагандистским ходом. Никаких очевидных последствий даже в виде формальной «уголовки» за громкими обвинениями не последовало. А о самом Протасевиче, похоже, уже забыли и силовики, и госСМИ.

Помогите нам выполнять нашу работу — говорить правду.

Поддержите нас на Patreon

и получите крутой мерч

Обсудите этот текст на Facebook

Подпишитесь на наши Instagram и Telegram!

Обложка: @gm_collage