Вчера стало известно, что культурный хаб Оk16 приостанавливает работу и выселяет арендаторов, официальная причина — предписание от МЧС. Сегодня Инна Коваленок, волонтер штаба Виктора Бабарико и продюсер проектов хаба Ок16 написала на своей странице в Facebook, что случилось с культурным хабом.

 — Я долго откладывала этот пост. Про ситуацию с ОК16.

Долго откладывала, поэтому теперь он получится большой.

Первое, что нужно знать, — это место делали фантастические люди. Запомните это.

Второе — «изначальный» ОК16 прекратил работу еще летом. Ситуация с мчс, озвученная вчера, касается работы на площадке наших ближайших партнеров (за что им искреннее спасибо).

Есть путаница в названиях, но напомню, что ОК16 — большой самостоятельный проект, настоящий культурный хаб, который сделал много крутых культ вещей за 2 года существования. Делал собственные спектакли и выставки (12 штук), арт-резиденции (2 раза по 3 месяца, омг), городские мероприятия (не сосчитаю). Много работал с партнерами и сдавал площадку.

⠀Что случилось. Со времён весеннего карантина мы ушли в онлайн. Работали. Ситуация с коронавирусом не улучшалась, а с предвыборной кампанией закручивалась. Культ жизнь стала не так интересна публике. Потом в июне началось давление на партнерские проекты Белгазпромбанка. Команда трансформировалась. Мы решили временно остановиться.

⠀И кто бы знал бы. Часть команды ОК16 стали волонтёрами штаба Виктора Бабарико. Всё известные люди, которыми я горжусь. Сейчас последняя арт-директорка ОК16 Мария Колесникова в тюрьме. Управляющий Руин-баром Левон Халатрян — в тюрьме. Я продюсировала культурные проекты в ОК16. И тоже успела побывать в тюрьме.

Осенью наша команда больше не была арендатором площадей на Октябрьской, 16. Новыми арендаторами стали наши партнеры ART CORPORATION. Спасибо за их борьбу, мужество, творчество. Они позволили сохранить культурное пространство для города и работу людям. И даже были готовы дать жизнь проектам, рожденным в ОК16. Это очень ценно, я искренне благодарна всей команде.

Я не знаю подробностей разрыва отношений с ними как с арендаторами и не могу их комментировать. Я не знаю, собирается ли кто-то дальше использовать бренд «ОК16». Я знаю только, что старого ОК16, того, который и сделал это имя, — уже нет, и достаточно давно.

Мне не страшно, даже если ОК16 заканчивается «по понятным причинам». Мне не страшно, потому что я знаю, что мы сможем сделать ещё лучше, как настоящие беларусы.

Мне грустно, потому что это много сил, любви, нервов и хорошей культуры, которая нас всех спасёт.

Мне грустно, потому что те, кто давят, могут так и не додуматься, сколько всего теряют такими решениями.

Но я злюсь и продолжаю бороться, потому что прекрасные люди в тюрьме и потому что я не хочу понимать понятные причины. Боритесь и вы.

Чем можно помочь сейчас?

— в здании ОК16 всё ещё работает Руин-бар. Обязательно приходите каждый день с 17.00 до 23.00!

— Арткорпорейшн ищут новую площадку. Any ideas are welcomed.

— поддерживайте независимых артистов!

И, конечно же, респект моим коллегам и коллежанкам. Вы — огонь. Вы сумели сделать «всё» из «ничего». Это и есть искусство. Люблю вас!